В довершение всего Мын стал коситься на Пройдоху. Трудно сказать, какие мысли шевелились в черепной коробке Мына, прикрытой черными с синеватым отливом волосами, но он явно тяготился присутствием Пройдохи. Это тоже невозможно было скрыть от экипажа. Однажды он бросился на Пройдоху с ножом, но его угомонили.
Капитан-филиппинец был скуп, неразговорчив, себе на уме, а это имело прямые последствия для наших героев. Нужно сказать, что капитан-филиппинец был осторожным человеком. Он хмыкнул, давая понять, что слова обоих новоявленных матросов его полностью удовлетворяют, но, как говорят игроки в преферанс, где-то нарисовал «зуб». Родом он был с Гаити, так что в его жилах текла часть испанской крови, которая, как известно, коварна Капитан, его помощник и еще несколько верных членов экипажа были вооружены. Так что экипаж был дисциплинированным.
Когда судно вошло в порт и встало к причалу, неожиданно к месту стоянки подкатили «джипы» с портовой полицией. Как позднее догадался Пройдоха, капитан дал телеграмму, что в океане при странных обстоятельствах подобрано двое людей с военного быстроходного катера, лишенного каких-либо опознавательных знаков. Хотя Пройдоха и выбросил оружие за борт, любому мореходу достаточно взглянуть на полубак, чтобы догадаться, что железный станок, вклепанный в палубу, служил отнюдь не для того, чтобы устанавливать навигационные приборы. Пиратство в данном уголке Мирового океана процветало, некоторые суда ходили с мешками песка, уложенными вдоль бортов, — из-за мешков безопаснее отстреливаться. Бывало и так, что молодчики той же мадам Вонг нанимались на рейс и в нужный момент заставляли членов экипажа поднимать вверх руки, когда это меньше всего им хотелось. Пройдоху Ке и Мына арестовали, засунули в «джип» и отвезли в здание, назначение которого знают все портовые подонки. Здесь произвели обыск. Сержант полиции сидел за столом, расправлял лист бумаги, чтобы записывать показания задержанных… Первым ощупали Пройдоху. У Пройдохи ничего не нашли. Когда очередь дошла до Мына, тот сделал неожиданный финт — ударил головой в живот полицейского и выпрыгнул в окно. Пройдоха, воспользовавшись суматохой, улизнул. Он подробно описал свои страхи в дневнике, как прятался за какими-то огромными катушками с кабелем, ползал на брюхе под железнодорожными вагонами, но больше всего страниц он уделил проклятию Белой Смерти, как он называл героин. И у него были основания, чтобы ненавидеть это зелье.
Мына пристрелили, в данном случае при действительной попытке к бегству. Ну и при обыске трупа нашли жилет с героином.
Неизвестно, по каким соображениям, но полиция не приложила особых стараний к поимке Пройдохи. Возможно, они прикарманили героин; возможно, их удовлетворила жертва, и это позволило Пройдохе наняться на другой корабль и уйти в море.
Почти год он слонялся по волнам, пока не попал в Гонконг.
В этом суматошном городе Ке сошел на берег и занялся другой работой. Он отирался в порту или на аэровокзале, буквально вырывал из рук чужие чемоданы, чтобы поднести к машине и заработать несколько монет. Он водил солдат американской пехоты по злачным местам, выступая в роли сводника. Пройдоха был неглупым парнем. Если ему попадались туристы, он обязательно заводил их в Китайский квартал. Там у него была договоренность с приказчиком антикварной лавки, где продавались всевозможные подделки восточных редкостей — от иньских костей до глиняных тибетских монет, отчеканенных тут же в лавке, в задних комнатах. Пройдоха имел навар от покупок туристов. Обычная картина. Вроде гейши, которая получает гонорар от счета, на который сумела разорить клиента ресторанчика.
Здесь, в лавке, он и познакомился с неким господином Фу, хозяином. Пройдоха понравился господину.
Стоп! Вот та точка, в которой перекрестились две параллельные. Вообще-то у меня существует теория, что если встретятся два совершенно незнакомых человека и разговорятся, то обязательно найдут третьего — общего знакомого. К сожалению, господин Фу был далеко не той личностью, знакомством с которой я мог бы гордиться.