— Сережа, чего так рано? — услышал он за спиной голос жены. — Полежал бы еще.
Гаврилов ответил, что ему надо быть на корабле к подъему личного состава.
Лена прошла на кухню и стала готовить завтрак. Она не спрашивала о дочери, но он-то понимал, что волнует жену. Лена еще некоторое время суетилась на кухне, потом выключила чайник и подошла к нему.
— Ты думаешь о Варе? — тихо спросил Гаврилов.
— Да. До утра не могла уснуть. Где Варя — ума не приложу.
— Приедет. Куда она денется?
— Меня и другое волнует, Сережа.
— Что же? — насторожился он.
— Не повезло ей с Петром Кречетом... Может, она все еще не забыла его?
— Вряд ли...
Петр Кречет, сын старого рыбака из колхоза «Маяк», тоже учился в Москве на юридическом факультете. «Мама, ты души не чаяла в Петре, теперь забудь его, — писала в те дни Варя. — Мы навсегда расстались. Он хотел, чтобы я поехала с ним на каникулы в Мурманск, к его родным, а я отказалась. Так мы поссорились. И вправду, что мне теперь делать? Он ведь не муж мне. Словом, забудь Петра. Если честно, то я разочаровалась в нем. Теперь он женился на москвичке, она из семьи артистов. На днях он звонил мне, приглашал в театр. Я спросила, а где же Соня, его жена? Он ответил, что Соня на даче у матери, она рожать должна, а Петру одному скучно в городе. Он заявил: «Мы с тобой, Варя, могли бы мило провести время». Вот тип, а? Мне так обидно стало, что я бросила трубку. Потом Петр приходил ко мне, извинился, но разве мне от этого стало легче?»
— С Петром у нее не получилось... — вдруг сказала Лена, глядя на мужа.
— Варя не любила его, потому и бросила, — усмехнулся Сергей.
Они сидели за столом и пили чай. У Лены было чувство, словно она сама виновата в том, что Петр Кречет не стал мужем дочери, и теперь где-то в глубине души испытывала угрызение совести. Она не всегда была добра к Петру, нередко возражала, когда он приглашал Варю в кино или театр, — советовала дочери больше сидеть за книгами. А однажды зимой дочь позвонила и сказала ей, что приедет на каникулы с Петром. Мать возмутилась: «Он что, муж тебе? Что скажут люди? Не надо, доченька». И Варя вообще не приехала...
Жена очень волновалась. И Гаврилов все косился на телефон, стоявший у двери на высокой полированной тумбочке, — скоро ли дадут Москву? Он взглянул на часы — уже шесть утра, а разговор заказывали на пять...
И тут зазвонил телефон. Гаврилов сорвался с места, не взял, а буквально схватил трубку.
— Я слушаю! — пробасил он. — Кто, да? Это я, Сергей Васильевич... — Он кивнул жене: — Хозяйка. Да, Мария Варфоломеевна, это я, Гаврилов.
Та сообщила, что приезжал Петр, он и проводил Лену в аэропорт.
— Петр Кречет? — переспросил Гаврилов. — Так, понял... Значит, он провожал ее? Ясно... Ну что ж, спасибо, Мария Варфоломеевна. Если Варя прилетит позже, я дам вам знать.
Он положил трубку и сел на диван. Абажур бросал тень на его лицо, оно было светло-желтого цвета.
Лена долго молчала. Как бы Варю не увлек младший Кречет. Ведь у него своя семья... Еще недавно Лена писала, что никогда Петра не любила и очень рада, что он оставил ее в покое. И вдруг снова встречи...
— Я не знаю, как ты, но я скажу Варе, что это безнравственно — встречаться с женатым человеком, — сказала Лена. — И тебе, Сережа, надо поговорить с ней серьезно.
Он не сразу отозвался.
— Вот что, Лена, я должен идти на корабль...
...Варя поднялась на третий этаж, нажала кнопку звонка. Долго ей не открывали.
— Кто тут? — раздался наконец за дверью голос.
«Мама! Милая моя мама!..»
— Это я...
Мать рывком открыла дверь и тут же, на пороге, трепетно обняла дочь.
— Ты что же, другим рейсом прилетела?
Варя пояснила, что в Мурманск летела какая-то делегация, поэтому несколько пассажиров, в их числе и она, были отправлены поздним рейсом.
— Отец ездил тебя встречать. А недавно ушел на службу. Ты садись и рассказывай, как удалось добраться? Ведь такси к нам так рано не ходят.
Варя загадочно улыбнулась:
— Нашелся тут один рыцарь. До самого подъезда провел меня.
— Пригласила бы его в дом, я бы чайку согрела...
— Чудная ты, мама. Как я могу пригласить его в дом, если познакомилась с ним в самолете? Нельзя же вот так...
Она не договорила, но мать и так поняла, о чем дочь хотела сказать. В выборе знакомых Варя была весьма щепетильной. Что ж, подумала мать, она права.
— А что, Петр приходил к тебе? — вдруг спросила мать.
— Он билет мне брал. А перед этим познакомил меня со своей женой, — нехотя отозвалась дочь, и мать поняла, что ей не хочется говорить об этом.