— И где вы теперь? — поинтересовался Шранке, закуривая.
Стенли сказал, что он состоит на службе в Си-Ай-Си.
— Ясно, — помрачнел Шранке, догадываясь, что ему придется пробираться в далекую Россию.
И он не ошибся. Шеф погонял во рту сигарету и озабоченно заговорил о важном задании.
— Куда ехать? — приуныл Шранке. Ему не терпелось поскорее узнать маршрут, а уж потом уточнять детали задания.
— В Россию, — сказал шеф. — Там есть одна «консервная банка», и ее надо вскрыть.
— Ваш агент?
— Бывший. В годы войны он попался к нам на удочку. Ты войдешь с ним в контакт, а уж потом выполнишь задание. Тут у меня есть его дело. Вот посмотри. — Зауер протянул Шранке тонкую коричневую папку, старую и потертую. На папке было написано: «Дело Дракона». Все листы в деле пронумерованы и снабжены грифом: «Совершенно секретно».
Не торопясь, Шранке тщательно ознакомился с делом, листок, на котором были напечатаны данные на Дракона, он прочел дважды. «Выписка из личной карточки агента... Горбань Тарас Иванович. Год рождения — 1921. Национальность — русский. Образование — неполное высшее. Агент по кличке Дракон с 1944 года».
— И это все?
— Нет. — Зауер снял трубку и снова кому-то позвонил. — Фотокопии готовы? Сохнут? Несите их сюда. — Он пристально поглядел на сникшего подопечного. — Я распорядился снять копии некоторых документов. Пока их готовят, я и Стенли объясним характер задания.
— Я поеду в Россию в качестве туриста?
— Нет, это опасно. Полетите в Норвегию самолетом, а там наши друзья на рыболовном судне или... — Зауер замялся, потер лоб ладонью и мельком взглянул на Стенли.
— Или на подводной лодке, — добавил Стенли. — Если я не ошибаюсь, вы служили на флоте, плавали на субмарине, не раз выходили в море через торпедный аппарат, плавали с аквалангом, не так ли?
— Я предпочитаю все же судно. Пусть это будет сейнер или траулер. Человек я закаленный и мог бы доплыть до берега в специальном снаряжении.
— Хорошо, мы учтем ваше желание, — согласился с доводами Шранке Стенли. — Теперь поговорим о главном.
«Сам не едет в Россию, меня посылает», — с неприязнью подумал о своем шефе Шранке.
Зауер прошелся по кабинету и пообещал прислать Шранке миниатюрную, новейшего образца радиостанцию, напутствуя, как следует подготовить поездку Дракона в Москву. «Знаю, что дело это не простое, можно и на чекистов нарваться, — говорил Зауер. — Но ты лучший мой агент, и я верю в твои способности. Твой риск солидно оплатится. Получишь куш долларов, купишь виллу, новую машину... Будешь с Эльзой пляжиться на райских берегах Адриатики».
В комнате Феклы послышался скрип кровати, потом Шранке услышал чьи-то шаги. Привстал на локтях, настороженно спросил:
— Феклуша, ты?
— Да, — сонно отозвалась хозяйка. — В горле пересохло, пойду на кухню выпью воды. А ты, Петрас, чего не спишь?
— Думаю.
Фекла напилась воды, снова легла, но уснуть никак не могла. Она лежала в одной рубашке, разморилась, исходя истомой, но пойти в комнату гостя так и не решилась. Мало она его знает, ох как мало! Завтра, быть может, сама обнимет его и поцелует. «Я не сучка, чтоб вот так, с первого вечера... Тут все должно идти от сердца...»
И вдруг гость заговорил во сне, Фекла страшно удивилась. Говорил он по-немецки, как будто с кем-то спорил. Фекла поняла лишь одно слово — шнель, значит быстрей. И еще он звал какую-то Эльзу. Фекла встала, на цыпочках подошла к двери комнаты, где спал Шранке, прислушалась. Поночевщик шумно заворочался на кушетке, что-то пробурчал во сне и затих. Хозяйка вернулась к себе, села на край кровати, задумалась. Кто он, Петрас Грейчус?
Рано утром, едва забрезжил рассвет, Фекла стала собираться на работу. Гость еще спал. Она подошла к нему:
— Петрас, ты слышишь? Я пошла. Завтрак на кухне. Приду поздно. Если куда пойдешь, закрой квартиру.
Едва Фекла закрыла за собой дверь, Шранке вскочил с кровати и бросился к окну. Хозяйка шагала по улице быстро, спешила к причалу, куда вот-вот подойдет рейсовый катер.
«Надо было ее предупредить, чтобы никому на судне не болтала обо мне, — спохватился Шранке. — Впрочем, лучше промолчать. Не станет же она хвалиться, что привела в дом мужика».
Шранке умылся, попил чаю, размышляя, куда ему пойти, то ли к Горбаню домой, то ли наведаться в колхоз. Он не торопился, потому что шифровку шефу отослал ночью, воспользовавшись катером бухгалтера. Рацию он положил в кожаную сумку и спрятал в гроте, завалив вход камнями. Очередной сеанс связи предстоял через сутки. Так было условлено с шефом. Шранке потянулся до хруста в суставах.