— Ты, Петрас? Я думала, ты где-то загулял. Мужчина ты видный, при копейке.
«Что-то она веселая», — отметил Шранке.
— Не мог я гулять, когда дома ждет красавица.
— Мы ждем тебя вдвоем...
— С кем? — насторожился Шранке.
Фекла провела его в комнату и, закрыв за собой дверь, позвала:
— Андрей, иди сюда.
Шранке судорожно сжал в кармане пистолет, пристально глядя на дверь комнаты, откуда должен был кто-то выйти. На пороге появился высокий, худощавый парень.
— Рад с вами познакомиться, — вежливо сказал он и пожал Шранке руку. — Андрей, брат Феклы. Вернулся, как вам известно, из не столь отдаленных краев. Три года лямку тянул.
«Брат... — повторил про себя Шранке. — Странно, однако. Хотя нет, он чем-то похож на свою сестру. Впрочем, поживем — увидим...»
— Я, как вам, видно, уже сообщила Фекла, здесь в отпуске.
— И влюбился в эту фею? — улыбнулся Андрей. — Ох, смотри, сестренка!..
Фекла приготовила на стол ужин.
— Я так рада, Андрюша, что ты вернулся, — защебетала она. — Без тебя тут намучилась. Мать-то похоронила... — Лицо Феклы стало печальным. — Мама перед смертью просила передать тебе, чтоб ты, братеня, не давал меня никому в обиду.
Андрей, глядя на Гельмута, сказал:
— Вижу, тебя тут не обижают.
— Петрас добрый, не то что наши юбочники с «Океана».
Они сели ужинать. Андрей стал рассказывать, как жил в заключении, в основном работал на лесозаготовках, похудел там, сил в нем поубавилось. Вот отдохнет немного, потом устроится на работу. Хочется ему снова на судно.
— Не очень-то к нам берут тех, кто был судим, — заметила Фекла. — Капитан «Океана» обещал устроить тебя, Андрей, но и ему, видно, нелегко будет это сделать.
Шранке, слушая этот разговор, не преминул заметить, что он переговорит с нужными людьми и Андрея возьмут в рыболовецкий колхоз «Маяк».
— Спасибо, туда не хочу, — запальчиво возразил Андрей. — У меня в порту есть друзья. — Я-то был неплохим рулевым.
«Пожалуй, он смог бы мне помочь сделать кое-что на острове», — подумал Гельмут. Он ел неторопливо, все поглядывал то на Андрея, то на Феклу, стараясь подметить детали их разговора, общения. Но вот Фекла ушла на кухню мыть посуду, Шранке спросил:
— Значит, лямку тянул три года?
— Выпустили меня досрочно, — дымя сигаретой, ответил Андрей. — Вкалывал за троих... А как там у вас, в Риге?
— Рыбачу на сейнере, — замялся Гельмут. — Платят у нас меньше, чем здесь. Зародилась мысль переехать сюда, пожить лет пять, скопить деньжонок... Но еще не знаю, где бросить якорь. Ты какой дашь совет?
— Сам решай.
Шранке встал, чувствуя внутри приятную теплоту после выпитой рюмки. Ему было хорошо сидеть в этой уютной квартире, беседовать с Андреем, который понравился ему своей простотой и словоохотливостью. Андрей рассказывал:
— Знаешь, я чуть было не утонул. Лет пять тому назад мы попали в сильный шторм. Я вышел на палубу, чтобы исправить радиолокационную антенну, и меня смыло за борт. Дело было зимой. Я продержался в воде, пока не подняли меня на борт. Правда, перенес воспаление легких. Вообще-то, — продолжал он, — силенка у меня есть!
— Что будешь завтра делать? — спросил Шранке.
— Надо выспаться, а уж потом думать, как жить дальше, — зевнул Андрей. — У меня в кармане два рубля. Раньше о деньгах я не думал, теперь приходится.
Шранке посочувствовал Андрею, сказав, что получил отпускные да еще взял с собой кое-какие сбережения, так что может одолжить деньжат. Андрей решительно возразил:
— Не возьму ни рубля.
Из кухни наконец вышла Фекла. Она собрала на голове волосы в пучок, губы слегка подкрасила, навела черные брови и стала такой грациозной; потом достала из сумки новые черные туфли, надела их. Шранке пристально посмотрел на нее и не мог не заметить, что она очень обрадовалась приезду брата.
— Ну что, морские крабы, может, нам сходить в ресторан «Арктику», отпраздновать твое возвращение, Андрей? — спросила она в полушутливом тоне.
Первым подал голос Шранке:
— Что-то не хочется... — И, взглянув на Феклу, добавил: — Сходи с братом. Полагаю, не откажешься? Мне еще надо в магазин смотаться.
Андрей, пока они говорили, надел новый галстук, волосы сбрызнул одеколоном:
— Спасибо, Феклушка, за приглашение, но принять его, к сожалению, не могу. У меня деловое свидание. Днем я ходил в порт, и один мой старый коллега обещал переговорить насчет работы. Мы условились встретиться с ним в семь. Воркуйте тут одни.