С конвертом в руке я присел на край кресла. Только сейчас я осознал, что пот заливает лицо, а волосы прилипли ко лбу и почти закрыли глаза. Глубоко вздохнув несколько раз, я убрал все лишнее, вновь открывая себе обзор. Еще раз, уже немного успокоившись, я осмотрел конверт. Бумага была плотная, дорогая, которую в наше время используют только ценители качественных, статусных вещей. Скорее, даже немного старомодные, с отлично развитым вкусом и обладающие чувством собственного достоинства. Конверт был запечатан восковой печатью, оттиск на которой был абсолютно гладкий и не нес никакой информативности.
Рука дрожала и рвалась к конверту в желании скорее сорвать печать. Усилием воли я заставил себя положить конверт обратно на стол и немного успокоиться. Привычным маршрутом я отправился на кухню, зажег газ и поставил турку на плиту. Закурил прямо на кухне. Пока варился кофе, я курил без остановок. Хотел бы я сказать, что мысли мои крутились вокруг сегодняшнего события, но не могу. Мыслей не было совсем. И это было приятно. Сняв кофе с плиты, я достал из бара бутылку виски и щедро плеснул себе в стакан, а секундой позже сделал огромный глоток прямо из горла. Обычно обжигающий виски показался на удивление легким прохладительным напитком. Недолго думая, я в несколько секунд осушил бутылку и бросил ее на пол. Громкий стук и моментально последовавший звон осколками стекла разрезал тишину подобно осколочной гранате. Приберусь позже. Наверное. По моему подбородку стекали капли виски, и даже теплый и немного затхлый воздух помещения оставлял приятное чувство прохлады, пробегаясь по солодовым дорожкам. Я взял кружку с кофе и направился на балкон. Виски и пустой желудок быстро сделали свое дело. Прибой опьянения уже щекотал мои босые ноги, заставляя запинаться, шататься и тихо ругаться.
Наконец, с трудом добравшись до балкона, я оперся на перила. Я курил одну за одной и пил кофе. Было темно, освещения на улице по-прежнему не было, видимо электричество отключили не только в моем доме. Тусклый лунный свет тенями играл на земле, ветер шатал кроны деревьев. Первая капля дождя упала мне на лицо. Это был странный дождь. Каждую каплю приходилось ждать по тридцать, двадцать, десять секунд. Огромные, они медленно падали с неба, подсвечиваемые луной, казалось, что каждая капля светится. На поверхности каждой - завораживающая лунная дорожка. Красивый и романтичный рисунок на каплях разбивался вдребезги, оставляя кратеры на пыльном полу моего балкона.
Я не заметил в какой именно момент это произошло, но редкие капли дождя слились в единый бурлящий поток, низвергающийся на землю. Красота ушла на второй план, место на сцене заняла безудержная мощь. Порывы шквального ветра гремели кровлей, ветки и листва летели с деревьев, будто их до этого момента не удерживало там ничего. Тучи заволокли небо, мрак сгустился, теперь мой двор освещался лишь вспышками молний. Долго находиться снаружи уже не хотелось, и я собрался спрятаться дома, когда очередная вспышка света заставила меня замереть. Какая-то маленькая деталь привлекла мое внимание. Я вглядывался в темноту, пытаясь понять, что же это было. Как назло, природа взяла передышку и новых вспышек молнии не было. И вот появилось ощущение, будто воздух наэлектризован. И вот она, ярчайшая вспышка, грохот раскатов грома. Я увидел, что привлекло мое внимание. На скамейке, находящейся напротив моих окон и балкона, сидел он - мой недавний Посетитель. Застывший в напряженной позе, он смотрел прямо на меня. Не моргая, не шевелясь и полностью игнорируя развернувшееся вокруг него представление, устроенное природой. Ветер трепал его одежду и жидкие волосы, дождь ледяными острыми каплями бил по лицу, но ничто его не беспокоило, кроме моей персоны.
Мои нервы окончательно сдали. Я выкинул руку с поднятым средним пальцем и как можно скорее вернулся в квартиру. от холода мое тело покрылось мурашками и меня немного трясло. Радуясь теплу и даже немного уюту своего жилища, я зачем-то поспешил задернуть все шторы, скинул мокрый халат и только после этого сел в кресло. Вода ручьем стекала с меня на ковер, но это были такие мелочи. Я взял в руку мобильный телефон, было острое желание вызвать полицию. Но что бы я им сказал? Что меня напугал до смерти старик и гроза? Даже в состоянии, близком к панике, я понимал насколько это глупо. Я бросил телефон обратно на стол и взял вместо него письмо.