Об этом напоминают нам взаимоотношения между Одинцовой и Добротиным в пьесе А. Салынского «Мария», вобравшей в себя многообразный жизненный материал, затрагивающий различные аспекты партийной работы. Сцены официальных заседаний, острых споров по вопросам жизни города Излучинска и стройки ГЭС соседствуют здесь с эпизодами лирическими и комическими; персонажи поворачиваются к нам разными гранями своих характеров. Это относится прежде всего к центральной фигуре пьесы — Марии Одинцовой. Перед тем как занять пост секретаря райкома партии, она работала инженером, а затем парторгом на стройке. Принципиальность и воля соединились в ее характере с обаянием женственности и душевной открытостью. Мария легко находит верный тон в общении с самыми разными людьми, близко к сердцу принимает их нужды, малые и большие беды. Гуманистическая суть жизненных устремлений Марии выражена в ее словах: «Чего стоит работа с тысячами людей, если не сбережем одного человека?..»
В конфликте Одинцовой с Добротиным проявились два подхода к делу — подлинно государственный и ведомственный. Добротин стремится, не считаясь ни с чем, быстрее проложить дорогу к стройплощадке. От этого зависит, будет ли досрочно сдана Излучинская ГЭС, зависит и его репутация как руководителя стройки. Его решение взорвать мраморную скалу (она мешает избрать кратчайшую трассу для дороги) никак не устраивает Одинцову. Получаемый выигрыш во времени не стоит, считает она, столь высокой платы. В интересах народного хозяйства — и дорогу своевременно построить и ценный мрамор для промышленных разработок сохранить. Мария думает о будущем родного города, развитии его экономики, о том, чем занять местное население.
Прямо скажем, совсем не просто двадцативосьмилетнему секретарю райкома партии противостоять начальнику крупной стройки, находящейся на виду у страны. За Добротиным, человеком властным, прошедшим большой жизненный путь, — реальная сила, его хорошо знают и с ним считаются в высших инстанциях. Но Мария из той породы людей, что, уверовав в свою правоту, способны безбоязненно идти на обострение отношений, стоять на своем до конца. Она обнаруживает героические свойства своей натуры, когда, рискуя жизнью, бросается в зону взрывных работ, чтобы помешать уничтожению мрамора.
Ясно видеть жизненные перспективы, горизонты будущего — в этом важнейшая задача коммунистов-руководителей, тех, кто воплощает в себе волю и разум партии. «Партийная работа — тоже наука. Великая наука о будущем!» — в этих словах Марии Одинцовой выражен современный уровень понимания роли партийного руководства в жизни общества.
Возникают трения и между секретарем горкома Саттаровым и начальником стройки Байковым в пьесе Д. Валеева «Дарю тебе жизнь». Однако до открытого конфликта дело тут не доходит. Эти руководители сумели найти общий язык, так как каждый убедился в искренней озабоченности другого ускорением строительства, наилучшим решением неотложных проблем труда и быта большого коллектива. Это люди, способные к самоотречению, самопожертвованию, к полному растворению в деле, которое им поручено.
В откровенном разговоре с Байковым на его квартире Саттаров говорит о том, как пагубно сказывается на ходе дел сила инерции, неумение людей преодолеть текучку, привычка к бесконечным заседаниям, надежда иных командиров производств «на горло». Все это, как он считает, — свидетельство отсутствия того стиля в работе, который необходим для управления сложным организмом крупной современной стройки.
В ответ на реплику Байкова: «Ты своим делом занимайся, а в мои нос не суй! Пока я здесь начальник строительства…» — Саттаров говорит: «Ты за ход строительства отвечаешь, если уж хочешь о взаимоотношениях… А я ‹…› за все! За всю жизнь здесь. За то, чтобы вот эти огурцы… всегда были в магазинах. За то, чтобы люди жили лучше. И за то, как ты, Байков, работаешь!»
Убедившим, в том, что предложение инженера Сатынского — строить комплекс заводов на свайных фундаментах — сулит немалую экономию времени и средств, секретарь горкома становится его последовательным и упорным защитником. Он побывал в разных инстанциях, приложил немало энергии, чтобы устранить ведомственные препоны на пути практической реализации идеи Сатынского: «…пусть я сломаю себе здесь шею, но я доведу дело до конца! В конце концов, это и есть моя работа, дело моей совести». Человек отнюдь не богатырского здоровья (около сердца он носит пулю — память о службе на границе), но сильный духом, Саттаров становится надежной опорой не только для Сатынского, потерявшего было веру в торжество своей идеи, но и для Байкова, когда тому стало казаться, что нынешняя стройка ему уже не по плечу, что время его прошло.