Для Элбета царевич находился под надежной охраной во дворце, окруженном высокими стенами и неусыпными взглядами многочисленных доносчиков. Его переписка с бывшим товарищем казалась лишь перечислением светских новостей, о которых очень скоро узнавали купцы, ремесленники и банкиры. Но очевидно, что колдун не доверял уверениям самого Ортека в том, что ему надлежит стать опорой старого правителя, окружить его любовью и заботой, тем самым, исполнив свой долг перед Морией и всеми ее гражданами. Он догадывался, что едва из поля его внимания скроется релийский пират стоило ожидать исчезновения юного наследника, о великом будущем которого пока было известно лишь государю и его верному советнику. Граф ла Ронэт свободно вздохнул, когда корабль Вина, единственное судно, на котором он мог ускользнуть с острова, покинул столичный порт, а царевич остался во дворце в его цепких руках, которые редко выпускали добычи. Но опытному колдуну было неведомо, что это всего лишь начало побега, о котором заговорщики успели условиться еще несколько недель назад.
Приглашение на государеву охоту, знаменовавшую окончание зимнего сезона, принес в дом к графу Оквинде де Терро молодой незнакомый дворянин, минорский барон, удосужившийся чести быть в числе личных телохранителей будущего принца Ортензия.
Вин скромно попросил передать Его Высочеству в ответ благодарность за столь высокую честь как участие в заключительной охоте: предстоявший засев пахотных полей ограничивал территории для гона животного, так что весной и летом дворяне предпочитали скакать по своим лесам в поисках дичи, а не резвиться на полях и лугах, топча урожаи пшеницы и овощей.
Для предстоявшего развлечения граф приобрел на соседней с городом ферме резвого скакуна, новую сбрую и вышитое дорогими тканями седло. Молодая дочь хозяина не спускала с богатого статного дворянина глаз, и пират оказался непротив остаться в гостеприимном доме на ночь, хотя провести ее ему пришлось не в одиночку да еще на сеновале. Ранним утром, еле держась в седле от усталости, граф де Терро прибыл к северным воротам города, недалеко от которых были установлены палатки и суетились слуги и егеря, одетые в праздничные наряды. Дамы в дорожных платьях и кавалеры, проверявшие остроту своих орудий и подбадривавшие своих коней, перекидывались обычными фразами. Вин держался вдалеке от алмаагских дворян, обсуждавших прекрасную солнечную погоду и героя, которому повезет заколоть зверя в этот день, избавив его от острых зубов собак. Возле одной из палаток появился одетый в белое черноморский царевич в окружении своих охранников, которые носили наряды того же цвета, так что привлекали к себе внимание всех окружавших.
Царевич громко поприветствовал своих подданных, как будто он уже был назначен наследником морийских земель, и, громко затрубив в рог, возвестил о начале охоты.
Дворяне обогнули редкие деревья, в тени которых был расставлен небольшой лагерь и выехали на открытую равнину, покрытую черной высохшей землей, в некоторых местах которой уже появлялась первая зелень травы, а егеря спустили с цепей гончих, помчавшихся по направлению к далекому лесу. Вин неспешно выпил полный кубок игристого вина, привезенного из Далии, которое поднес мальчик-подросток, с восхищением глядевший на его бодрого коня и длинный меч, более подходивший для схватки с врагом, а не для охоты на зверя. Собачий лай огласил окрестности, гончие взяли след лисы, и резвые лошади погнали к лесу, понукаемые своими наездниками. Оквинде заметил, что белый наряд царевича виднелся в самом изголовье толпы охотников. Но точно определить фигуру черноморца было невозможно, его молодые телохранители и ростом, и статью походили на своего хозяина.
- Не ожидал тебя здесь увидеть, граф, - релиец вынужден был опустить натянутые поводья, заслышав обращенные к нему слова. Его окликнул Элбет, уверенно державшийся в седле серой лошади. Видимо, колдун не собирался участвовать в дикой скачке по зарослям и равнинам Алмаага в погоне за рыжей плутовкой. Старец лишь наблюдал за своим подопечным и отправил немало зорких глаз ему во след.
- Одиночество мне уже порядком наскучило, - ответил Вин. - А охота лучшая забава для дворянина, хотя лесов на вашем острове не сыскать. Так говорится у нас в Релии!
- Зачем же являться сюда и привлекать любопытные взгляды, коль ты не получишь удовольствия от охоты по редким пролескам?! По-моему, ты желаешь добра своему другу, а для него твое общество принесет лишь хлопоты и новые подозрения со стороны наших алмаагских придворных. К чему менять ваш уговор и видеться у всех на виду?