- Как ты помнишь, эти монеты принадлежат всей нашей команде, хотя за прошедшие годы в ней сменилось немало головорезов.
- Этот сундук принадлежит тебе по праву, Вин. И люди, которые сейчас находятся на твоем корабле и которые знают тебя и ходили с тобой по морям не один год, помнят, скольким ты пожертвовал ради их выкупа из плена. На это золото можно набрать товара и вновь отправиться к эрлинским берегам…
- Мортон, я доверяю тебе все эти богатства. Ты ведь понимаешь, что это плавание может быть последним в моей жизни. Ты сможешь распорядиться достойно этим золотом. Я возьму лишь пару сотен с собой в предстоящую дорогу.
- А если я решу отправиться вместе с тобой в далекие земли за этой… легендарной живой водой? Я устал от легкой жизни в Алмааге, Винде.
- Ты вновь вступил на палубу и отныне сможешь опять покорить немало волн, пережить бури и невыносимые штили. Спокойствию пришел конец! Но с собой я тебя не возьму, Мортон. Тебе есть, что терять, значит, ты всегда будешь сомневаться и оглядываться назад в предстоящем пути.
- Я уже потерял самое дорогое, что имел - жену, ради которой оставил службу в твоей команде. А теперь я не хочу потерять тебя, Вин, лучшего друга.
- У тебя есть верная команда, отличный корабль и новое дело. А ты хочешь променять это на долгую дорогу по сырой земле?!
- А тебе зачем эта дорога, Вин? - друзья шли обратно по пристани, таща в руках сундук. Тяжелая ноша заставляла их останавливаться в тени домов и деревьев.
Вскоре они уже отдыхали около портового склада, откуда можно было разглядеть приставшие к берегу суда. Далеко в море мерцали огни на борту "Филии".
- Ты привязался к царевичу, который мечтает лишь о власти? - вновь начал жаркий разговор маркиз. - Он мог бы взойти вскоре на престол, так зачем же вы устроили этот побег, если цель Ортека трон? По-моему, наследство в Алмааге ничем не хуже черноморской короны в Асоле. Или ты волнуешься о том несчастном парне, с которым вы должны встретиться в Горесте? Прокаженному уже ничем не поможешь, Вин.
- А если бы ты был на его месте, Мортон. Я тоже должен был смириться и ждать, когда язва съест твое тело и душу? - возмутился Вин. - Я не знаю, зачем я вступил на это путь, но кто поможет этим людям, если не я? А они мне стали дороги, и я не оставлю их в беде. Сейчас они для меня команда.
- А может здесь замешана женщина?! - Мортон пытливо взглянул на друга. - Ты ведь собирался отправляться домой, чтобы помочь давней знакомой. Я никогда не расспрашивал о ней, но странно, что ты так внезапно переменил свои планы после нескольких недель сборов в дорогу. Ведь когда царевич поправился, у тебя уже было заказано место на рустанадском корабле.
- Эту женщину я уже потерял, - печально ответил Вин.
- Ты говоришь это каждый раз, как корабль покидает очередной порт. В твоем сердце нет места для женщины, оно принадлежит морю. А местные красотки лишь опустошают твой кошелек и задерживают тебя в порту, из-за чего мы не раз срывали заключенные контракты. Мой совет - если уж ты решил пожить немного на земле, так женись на своей Имире, а не пускайся из-за неверных дамских сердец в опасную дорогу. Помнится, что свое родовое кольцо ты уже подарил графине де Кор.
- Она сбежала из дома, - безразлично ответил Вин, при этом взглянув на свою ладонь, на пальце которой сверкал дорогой перстень.
Мортон замолчал. Друзья вновь взялись за ношу и направились в сторону кораблей, где их должна была поджидать шлюпка. Вин был погружен в невеселые мысли.
Расспросы Мортона вновь пробудили воспоминания о зеленых глазах Имиры де Кор, которые с юных лет будоражили его душу, и в которых он всегда видел и слышал рокот волн, притягивавших мальчика в далекие странствия по бескрайним морям.
Любил ли он Имиру? Вин всегда вспоминал ее прекрасные губы и глаза, но любовь к ней стерлась за годы разлуки, под тяжестью предательства ее замужеств. Хотя вина за это лежала и на нем самом. Он сбежал юнцом на корабле. Любовь к свободе была сильнее нежной страсти к красавице-дворянке. А теперь разве Имира снится ему по ночам? Он даже забыл, что сам, вероятно, был виновен в ее скором исчезновении из дома, так как оттолкнул от себя давнюю подругу. Нет, голова была заполнена лишь беспокойными мыслями о несчастной девушке, которой он хотел добра, а сам обрек на скитание по незнакомой стране. Ведь он поддержал Ортека во мнении, что Лиссу лучше всего оставить в безопасном месте, и бросил беспомощную девушку в родном доме, в котором сам не бывал годами. Оставил на попечение брату, хотя предполагал, что родной отец совсем не одобрит решение старшего сына. Он нарушил свое обещание, данное Дугласу, а теперь может не сдержать и слова о встрече в Горесте. Весна уже наступила, а до столицы Минора были еще недели пути.