Я разделся до набедренной повязки, все вещи сложив в мешок, и вошёл в воду. Девушки выждали немного, чтобы Пёс удалился, и тоже принялись раздеваться. Да, проникнуть на охраняемую территорию мы решили со стороны реки, поскольку тут не было многочисленной и бдительной охраны, какая присутствовала со стороны торговой улицы. Не было высокой ограды из заточенных кольев и ярких фонарей через каждые пятнадцать шагов — не то, чтобы Пса из Забытой Стаи такая преграда могла остановить, но вот в способности Реи, и особенно Харуми, перебраться через препятствие незамеченными я сильно сомневался.
Плыть было совсем недалеко, метров сто пятьдесят, да и вода холодной не была, в отличие от воздуха поздним вечером. Я первым достиг тёмной пиратской галеры и, встав лапами на обшитый бронзовыми листами таран на носу корабля, когтями впился в деревянный борт. Прислушался к звукам наверху и облачился в боевую экипировку. Сверху доносился шум весёлой попойки — капитан и его помощник вместе с хозяином поместья праздновали удачную сделку. Большая часть пиратской команды сейчас отсутствовала, до утра отпущенная в увольнительную в город, и собиралась провести эту ночь в кабаках, игорных заведениях и притонах. Из охраны на огромной галере осталось лишь несколько пиратов. Очень удачно выходило!
Я помог взобраться лапами на подводный таран приплывшей следом Рее Ури в тёмной воровской маске на мордашке. Волчица приплыла в серой робе, но в непромокаемом мешке за спиной несла сменную одежду и боевую броню, а также в специальном чехле складной лук и стрелы.
— Отвернись, Пёс, дай мне переодеться! — попросила она, но резко замерла и притихла, поскольку рядом с нами в воду сверху с журчанием полилась струйка — кто-то из пиратов на палубе справлял малую нужду.
— Встреть Харуми, и обе готовьтесь. Я же пока уберу дозорного над нами, — едва слышно практически одними губами прошептал я, и младшая из сестёр Ури кивнула.
Двойной Прыжок! Быстрое Перемещение!
Уже в воздухе я сориентировался и обнаружил серого крупного хаджита, стоящего возле резной фигуры дракона или неведомого крокодила-мутанта на носу корабля с зажжённой курительной трубкой во рту и лапами, подтягивающими приспущенные брюки. И расчётливо переместился уже именно к этому противнику за спину. Неуловимо-быстрое движение острых Когтей, и… вот чёрт, эффект оказался очень слабым, так что я сразу же ударил повторно. На этот раз прошёл «крит» на усиленный урон, и голова пирата отделилась от тела. И только после убийства я обнаружил ещё одного матроса, со шваброй в лапах и открытым от удивления ртом застывшего в пяти метрах от меня. Он же сейчас поднимет тревогу!
Быстрое перемещение!
Массивная деревянная трубка, вырванная из ослабевших губ первого пирата, разожжённой стороной вперёд на всю длину вошла второму прямо в раскрытую пасть, не позволив заорать и засыпав глотку горящими искрами. Я увидел выражение ужаса, навсегда застывшее в глазах пирата, и аккуратно положил его мёртвое тело на палубу — да, с дырами от когтей в груди и сердце не живут.
Навык Бег повышен до сорок четвёртого уровня!
Навык Когти повышен до шестьдесят первого уровня!
Получено 226.746 очков опыта!
Получено 25.117 очков опыта!
Что-то совсем дёшево игровая система оценила устранение второго противника, зато за первого насыпала подозрительно щедро. Я оглянулся и осмотрел труп. Судя по богатой экипировке, сам капитан пиратской галеры вышел на палубу освежиться и покурить. Что ж, одним опасным врагом стало меньше.
— Рея, облутай тут трупы! — перевесившись через борт, негромко приказал я полуволчице, сейчас помогавшей вылезти из воды своей мокрой как мышь подруге.
И поспешил к надстройке на палубе, откуда доносились женский плач и гогочущий смех.
Вот тут я вовремя успел! Маленькая зарёванная девушка-зайчишка, забившись в угол каюты, прижимала к своей груди обрывки ткани — видимо, бывшую свою одежду, которую совсем недавно сорвал с неё тучный тёмный хаджит с кнутом в лапе. Подельник мерзавца в одежде моряка сидел за уставленным пустыми бутылками столом, наблюдал за похотливыми действиями хозяина поместья — да, тучного хаджита звали именно Вильгельм Красивый — и безудержно хохотал, испуг беспомощной жертвы насилия его забавлял.
Веселящийся мерзавец пал от моей руки первым — двуручный меч располовинил его тело от плеч и до самой табуретки, фонтаны крови обильно полетели во все стороны, кровь окропила даже потолок. А вот местного перекупщика рабов сразу убивать я не стал, а лишь мечом отсёк ему лапу с кнутом. И сразу же вставил ему глиняный стакан в рот, поскольку хаджит начал громко верещать, призывая на помощь охрану.