Пришлось выпить три подряд Больших Зелья Лечения, чтобы у меня самого не закончилась полоска здоровья, и снова вернуть крылатую Вею активной игровой помощницей, чтобы тоже лечила своего истекающего кровью хозяина, но мой план всё же сработал! В конце концов, прошёл шанс Шока, и оппонент на пару секунд оказался обездвижен. Нужно было срочно доставать из инвентаря свой страшный меч… но я поступил по-другому. Поскольку в данный момент наша парочка находилась не так уж далеко от огненного кольца, отмечающего границы арены, я изо всей силы пнул зверочеловека-леопарда ногой в грудь, отправив Муара Скрывающегося в Тени в недолгий полёт за пределы арены. Полыхнуло жаркое пламя, и в облачке серого пепла на пол посыпались монеты и прочее содержимое инвентаря погибшего главы отделения Ордена Ассасинов.
Получено 2.670.000 очков опыта.
Получен сто сорок восьмой уровень персонажа!
Получено три свободных очка характеристик.
Я выдернул окровавленный палаш из своего живота, постаравшись при этом лапой не дать вылезти из огромной дырищи в животе рвущиеся наружу кишки, и совершенно без сил уселся на пол арены. Вокруг расплывалась лужа тёмной крови, жизнь из меня утекала, а действенные зелья исцеления у Пса полностью закончились. Оставались лишь бинты, которыми я постарался закрыть рану, и какой-то откровенный мусор вроде сушёных целебных трав, годящихся лишь для заживления лёгких царапин. Три спешно кинутых в Телосложение очка характеристик ситуацию совершенно не изменили. Всех усилий истерично верещащей крылатой Веи хватало лишь на то, чтобы Пёс не помер в ближайшие несколько секунд, такой же скромной была и помощь от Регенерации. Контракты с игроками тут на изолированной от остального мира арене не открывались, да и не было у меня сейчас денег даже на простейшие лечебные эликсиры…
Похоже, наступал конец не такой уж долгой, но яркой истории Пса из Забытой Стаи, причём сделать ничего для исправления ситуации я уже не мог. Единственной мыслью сейчас было «почему администратор не вмешивается и даёт мне умереть?». Хотя… среди вариантов ставок на тотализаторе имелся и такой, что умрут оба бойца, причём коэффициент на такой исход был фантастически огромным. Обеспечить мне противника, которого невозможно убить ни Когтями, ни мечом. Знать, что я скорее утащу оппонента вместе с собой за барьер, чем позволю себя победить. Поставить крупную сумму на смерть обоих бойцов, и ты обеспечен до конца дней своих…
Я ещё напоследок попытался сожрать походный съедобный брикет, чтобы несколько ускорить Регенерацию, но Очки Здоровья персонажа всё равно обнулились. В тупом безразличии, уже погружаясь во тьму, увидел рядом с собой суетящуюся ушастую Алису, машущую лапкой с кривым посохом, и сующую мне под нос какой-то фиал кицуне Харуми. И проговорил, едва шевеля губами.
— Да, лечите меня, девчонки. Раз уже можно…
[1] Тераи Лапрад — главный герой серии популярных фантастических романов французского писателя XX-го века Франсиса Карсака.
Глава четвертая
После боя
Болело всё тело. Особенно резко пульсировал и отзывался даже на малейшие движения неровный жутко выглядящий рубец на выбритом от чёрной шерсти животе, со швами на котором возилась сейчас наша маленькая лопоухая Лекарь. Причём эта боль игроку передавалась через обычный визор, подключённый к стандартному височному разъёму, а потому мне даже представить было страшно, какими же ощущения должны быть при полной гамме чувств с ультрасовременным кибернетическим разъёмом Cyber-Go третьего поколения! Пожалуй, я даже уже не настолько был уверен, что хочу вживлять его себе в голову.
При этом не считайте меня неженкой. Мне доводилось в «Расколотой Империи Онлайн» в игре за Шэдоу Кейна и смертельные удары получать всевозможным оружием, и под тяжёлую ногу циклопа попадать, и растворяться в струе едкой кислоты, и ломать ноги при падении с высокой крыши. Да и Псу из Забытой Стаи тоже бывало доставалось так, что мало не казалось. Чего стоило хотя бы гореть заживо в «Приюте Папаши Ворха»! Однако всё равно новизну впечатлений от того, что противник тебя фактически выпотрошил, а твои внутренности Лекарь потом насилу вправил обратно и зашивал тебя по живому, никакими словами было не передать.