– О, черт! Кто же он, наконец?
– Он такой милый…
– Об этом я и сам догадываюсь! Но кто он? Как его зовут?
– И имя у него милое. Его зовут Иисус…
– Иисус? Погоди, погоди, я это имя слышал… Мне говорили про какого-то Иисуса, который учинил скандал во время последнего праздника шалашей в Иерусалиме… Это случайно не он?
– Он самый.
– Иисус из Назарета, плотник, забросивший свою пилу и топор?
– Да, это он.
– Ай-яй-яй! Знаешь, Мария, вот уж этого я от тебя не ожидал! У этого типа такая репутация, что дальше некуда. Говорят, он скопище всех грехов… Кроме того, он бродяжничает с целой шайкой таких же проходимцев…
– Конечно, сказать можно все что хочешь… Бедняжка Иисус, все на него клевещут! А ты, сразу видно, что ты слышал о нем только от его заклятых врагов. А он такой чудный, такой обходительный! Если бы ты послушал, как он говорит… прямо за сердце берет! Ну да, он все время ходит по городам и весям и редко проводит две или три ночи подряд в одном доме, но что в этом дурного? Он просто любит путешествовать, вот и все!
– Послушай, в конечном счете это твое личное дело. Я тебе сказал то, что слышал. Может быть, Иисус совсем не такой, как о нем говорят… К тому же я знаю твой вкус: ты не стала бы связываться с каким-нибудь неотесанным нищим мужиком. Должно быть, твой Иисус хорош собою и щедр, как подгулявший купчик, не так ли?
– Да нет, Лазарь, я бы не сказала… Если говорить о деньгах, бедняжка Иисус не слишком богат. Топором и пилой состояния не сколотишь, а от его пророчеств прибыль невелика… К тому же я не из тех женщин, которые привязываются к мужчинам из-за денег. Слава богу, я выше этого. Иисус беден, но это не мешает мне любить его всей душой.
– Но все-таки, если у него нет состояния и если профессия конферансье-любителя не приносит ему ни гроша, чем же он живет?
– Я ему помогаю имением своим. Лазарь отшатнулся.
– Значит, ты его содержишь? – вскричал он. – Бедняжка Мария, и как тебя угораздило влюбиться в этого проходимца? Он же тебя оберет до нитки!
– Лазарь, ты слишком строг к моему Иисусу. Разве он виноват, что бродячим ораторам почти ничего не платят? Да и я не одна покрываю его расходы. Нас много, избранных дам, которые ему преданы и которые ему воспомоществуют имением своим…
– Значит, ты у него не одна? Чем дальше, тем лучше! Значит, у этого парня много дам? Ну и ну, знаешь ли, это не совсем в наших обычаях… Он, видно, воображает, что живет во времена Соломона, твой прекрасный Иисус! И вы его не ревнуете друг к другу?
Магдалина гордо выпрямилась.
– Это все прочие ревнуют его ко мне! – сказала она. – Я его возлюбленная, его фаворитка!
Лазарь печально улыбнулся. Несколько мгновений он с любовью и жалостью смотрел на сестру.
– Бедная ты моя, бедная, – проговорил он.
– Ничего ты не понимаешь, Лазарь! – возразила Магдалина. – Быть фавориткой Иисуса, его возлюбленной, – это тебе не фунт изюму! Иисус не просто мужчина, как все. Прежде всего, он не человек…
– Что значит «не просто мужчина, как все»? Уж не хочешь ли ты сказать, что он…
– Нет, нет!
– И он не человек?
– Нет.
– Пусть меня повесят, если я что-нибудь понимаю!
– Если ты еще не догадываешься, я тебе скажу по секрету, кто он.
Марфа, которая давно уже не знала, куда ей деваться от таких разговоров, сделала было шаг к двери, но Магдалина ее остановила.
– Куда ты? – спросила она.
– Я лучше уйду. Я ведь понимаю, что мне, девушке, не следует знать того, что ты хочешь открыть Лазарю. Магдалина покатилась со смеху.
– Ты не то думаешь, – сказала она. – Ты, наверное, вообразила, что он… Ха-хаха! Вот так девушка! Нет, Марфа, ты спокойно можешь остаться. Я хочу открыть вам одну тайну, но в этой тайне нет ничего такого…
Марфа и Лазарь навострили уши.
– Говори же, Мария! – упрашивали они, сгорая от любопытства. – Говори, не мучь!
– Так вот, Иисус вовсе не человек. Иисус… бог! Брат и сестра Магдалины вскрикнули.
– Бог? – переспросил Лазарь. – Но ведь есть лишь один бог – Иегова, тот самый Иегова, которому мы поклоняемся!
– Правильно, но Иисус его сын и в то же время бог. Как бы вам объяснить получше? В общем, дело было так: дух Иеговы, который имеет вид голубя, зачал Иисуса вместе с одной девственницей, женой плотника Иосифа, и теперь все трое – Иегова, Иисус и голубь – стали одним богом.
– Ну и путаница! Это сам Иисус рассказал тебе подобную чепуху?
– Он самый, но я уверена, что он меня не обманывает! Он действительно бог, я готова голову прозакладывать, а кроме того, он мне это доказал.
– Каким же образом?
– Ну, Лазарь, ты слишком нескромен… Довольно с тебя и того, что я избранная святая новой религии, которую проповедует Иисус, и что я первая приобщилась святых тайн… Поверь мне на слово и запомни хорошенько: Иисус, которого ты только что поносил, – это мессия, обещанный пророками, это агнец божий, который искупит грех Адама и Евы, это Христос, который в день кончины света явится на землю судить живых и мертвых, – вот кто он такой.
Все это Магдалина выпалила с таким энтузиазмом, какой может зародиться в сердце женщины лишь под влиянием страстной… разумеется, веры.
Тем не менее Лазарь все еще колебался.
– Ты в самом деле веришь в то, что говоришь? – спросил он. – Если это правда, тут дело серьезное, очень серьезное.
– Это так, клянусь тебе своей честью!
– Ну, раз уж ты клянешься честью, значит, он в самом деле бог.
Вопрос был решен. Лазарь и Марфа тоже уверовали в сына голубя. Магдалина торжествовала.
– Теперь вы понимаете, как это лестно быть любовницей бога? – вопрошала она. – Понимаете, как мне исключительно повезло?
И она пыжилась от гордости.
Марфа была от природы любопытна, как все женщины. Она спросила
Магдалину:
– А можно его увидеть, твоего господина бога?
– Ты в самом деле хочешь с ним познакомиться?
– Пожалуй, да.
– И я тоже, – сказал Лазарь.
– В таком случае я схожу за ним: он пришел со мной в Вифсаиду. Вы сами увидите, какой красавец мой божественный учитель! Ни один офицер из Магдалы ему и в подметки не годится. Вы мне потом скажете, как он вам понравился. Только помните: о тайне, которую я вам открыла, молчок! Делайте вид, что вам ничего не известно. С этими словами она упорхнула. А Марфа погрузилась в мечтательное раздумье. Примерно через час Магдалина возвратилась вместе с Иисусом. Миропомазанный был по всей форме представлен брату и сестре.
«Она видит его зрением сердца, – сказал про себя Лазарь. – Он совсем не красив, скорее наоборот. Но поскольку он бог, ей все-таки повезло, что она подцепила такого любовника».
Прием прошел без особых церемоний. Иисус разговорился и быстро покорил своих новых слушателей. Впрочем, надо сказать, что Магдалина неплохо подготовила для этого почву.
Лазарь пригласил Иисуса остаться пообедать: Назарянин не стал отказываться. Марфа взялась за стряпню. Суетясь по хозяйству и приглядывая, чтобы все было на месте, она время от времени исподтишка посматривала на миропомазанного, и он ей тоже показался красавцем. Она ловила каждое его слово, следила за каждым движением. Вскоре ей пришлось признаться перед самой собой, что она еще в жизни не встречала такого очаровательного человека. Марфа от души завидовала своей сестре.
– Негодницам всегда везет, – бормотала она, начищая в кухне кастрюли. – После этого просто не хочется оставаться честной девушкой!
В сердце Марфы разгоралась страсть не менее пламенная, чем у ее сестры. Она с ревностью следила за всеми знаками внимания, которые Иисус оказывал Магдалине.
Лазарь на минуту отлучился в погреб, нацедить еще один кувшин вина.
Пользуясь этим, Магдалина разнеженно ластилась к Иисусу, в то время как Марфа хлопотала по хозяйству.
Под конец Марфа уже не могла сдержать накипевшей досады. Уперев кулаки в бедра, она встала перед любезничающей парочкой и обрушилась на сестру:
– Как тебе только не стыдно, лентяйка! Нет чтобы мне помочь по хозяйству, сидит себе как приклеенная! Есть у тебя хоть какая-нибудь совесть?