— Мне нужно перейти через овраги и дойти до моря, — объяснила Адель. — Добрый старичок дал мне волшебное яблоко, и оно показывало мне путь, а ты его украл.
Ёж совсем развернулся и внимательно осмотрел девушку.
— Наверное, это яблоко испортилось, — предположил он. — Есть такие яблоки — снаружи хороши, а сердцевина гнилая. Даже не знаю, можно ли теперь его есть?
— Почему оно гнилое? И зачем вообще есть волшебное яблоко? Оно должно показывать путь, а не утолять голод.
— Вот я и говорю, что у него должна быть гнилая сердцевина, — упорствовал ёж. — Путь оно показывает неправильный. Если бы ты пошла за ним дальше, то попала бы как раз между двумя оврагами, где нет прохода. Трава там высокая и не даёт разглядеть щель, а в неё это яблоко тебя и вело.
— Как же мне отсюда выбраться? — испугалась Адель.
Ёж казался сердитым с виду, но сердце у него, очевидно, было доброе, потому что, попыхтев немного и пофыркав, он сказал:
— Ладно уж, я тебя отсюда выведу. Но куда тебе идти дальше, за оврагами, я не знаю.
Адель не рассчитывала, что он будет выскакивать из травы, чтобы показывать ей путь, поэтому опасалась потерять своего провожатого, но ёж так громко шелестел в траве и пыхтел, что ей было легко следить за ним. Вновь надев на плечи тяжёлый мешок и подхватив сумку и котомку, она пошла за ежом.
— Сейчас будь очень осторожна, — посоветовал её колючий спутник. — Здесь между двумя оврагами ведёт очень узкая тропа. Её не видно под травой, поэтому иди прямо за мной, не делая ни шагу в сторону, иначе упадёшь.
Адель, с большими предосторожностями идя за ёжиком, обнаружила, что высокая трава склоняется над краем оврага, образуя видимость лужайки, хотя на самом деле там был уже обрыв. Она очень устала, а поклажа тянула её к земле, но, когда она уже изнемогала, ёж сообщил:
— Мы прошли опасный участок, осталось совсем немного.
Для ежа, нёсшего только яблоко, путь, может быть, был недолгим, но девушке он показался непомерно длинным.
— Овраги закончились, — сообщил ёж долгожданную весть. — Теперь ты не заблудишься среди них. Как пройти к морю, я не знаю, поэтому больше ничем не могу тебе помочь и пойду по своим делам. Испорченное яблоко я возьму себе.
Адель теперь боялась яблока, едва её не погубившего. Она сомневалась даже, верную ли дорогу показал ей старичок, с виду казавшийся таким ласковым, но её занимал теперь другой вопрос.
— Подожди, ёжик, — попросила она.
— Что ещё? — не очень вежливо спросил ёж, возвращаясь.
— Не подскажешь ли ты, где мне найти ручей или какой-нибудь источник воды?
Ёж решил набраться терпения.
— Видишь те рощи? — спросил он.
— Вижу.
— Там бы и найдёшь ручей. Прощай.
Он отошёл немного и подождал, с раздражением ожидая, что навязчивая девушка вспомнит ещё чего-нибудь, но она лишь крикнула:
— Прощай, ёжик. Спасибо тебе.
Ёж сразу успокоился и поспешил к себе домой.
Адель посидела немного в траве, отдыхая, а потом взвалила на плечи свою ношу и побрела к роще, которая виднелась на горизонте, решив устроить там отдых подольше и пообедать. Она раза четыре сбрасывала с себя поклажу, расправляя усталые плечи и спину, пока не вошла под сень деревьев. Там она обнаружила приятную полянку с ручейком и буквально повалилась на мягкую низкую травку. Лишь когда перестала ныть спина, она развязала мешок и достала печёный картофель, сало и чеснок и зачерпнула воду из ручья. У неё уже не было сил для того, чтобы разложить костёр и наломать веток для постели. От усталости она даже ела с трудом. Потом она заснула и спала почти до вечера.
Проснувшись и обнаружив, что солнце уже склоняется к горизонту, она испугалась, что потеряла зря столько времени. Конечно, она должна была отдохнуть, но если она будет так задерживаться каждый раз, то нескоро доберётся до моря, если оно вообще существует с этой стороны. А во всём был виноват тяжёлый мешок с едой. Это он её утомил до крайности. Но не будь этого мешка, она ослабела бы от голода. Постепенно мешок будет становиться всё легче и легче, и, возможно, наступит время, когда она пожалеет, что он стал чересчур лёгок. Пока же он её буквально пригибал к земле своей тяжестью.
Девушка набрала воды во флягу, завязала мешок, взвалила на спину и наугад пошла дальше, не зная, правильно ли идёт, и куда именно идёт.
Рощица кончилась, сменилась лугом, а потом начался край другой рощи, которую Адель хотела пересечь до темна, но не смогла, не рассчитав сил, и расположилась там на ночь. Подумав, она разложила огонь, чтобы отпугивать хищников, если таковые здесь водились, испекла привычный за последнее время ужин, не отличавшийся от завтрака или обеда, и легла спать, решив, что бесполезно пытаться бодрствовать всю ночь, неся караул, а лучше выспаться и пораньше встать, если, конечно, за ночь не случится чего-то особенного.