Оказалось, что во фляге была не вода, а вино.
— Где морской змей? — спросил Джон.
Адель не стала ему рассказывать, с каким трудом она подогнала к берегу доски с лежавшим на них без сознания моряком, а объяснила только, что их отнесло к земле, а змей продолжал биться в море, не преследуя их.
— Вот ведь какие они чудаки, — рассуждал Джон. — Ну, куда, скажите, он полез? Видит ведь, что силы неравные, а нападает…
— У кого, по-твоему, силы больше? — не понял воробей.
— Ясное дело, что у нас, раз мы победили, — пояснил моряк.
Он сел и ощупал рану.
— Подожди, Джон, я сейчас её промою, — сказала Адель.
Она принесла воду и стала осторожно смывать запекшуюся кровь.
— Как я её получил? — спросил Джон. — Я ничего не помню.
— Змей ударил по нашему плоту, и одна из досок угодила тебе в голову.
— Чуть-чуть ниже — и мне бы пришёл конец, — спокойно отметил моряк. — Иногда приходится только удивляться случайностям: счастливым, как сейчас, или несчастным. Но я пока не могу встать, Адель, так что подбери наши вещи, какие сумеешь найти, пока не начался прилив. Только будь осторожна, ведь где-то там морской змей.
Девушка собирала разбросанные по обнажившемуся каменистому дну вещи и относила к Джону. Постепенно она дошла до кромки воды и поглядела вперёд. В одном месте в воде колыхалось в такт волнам какое-то длинное неподвижное тело. Адель не сразу разобрала, что это мёртвый морской змей, а убедившись в этом, с отвращением поспешила прочь.
Собранных вещей оказалось немного. Там были бочонок с водой, мешок с бобами, узел с мужской одеждой, котелок и, как это ни странно, сумка Адели со всем содержимым, включая деньги и одежду.
— Эх, стрелка пропала! — горько сетовал Джон. — И компаса нет, и лага. Как двинемся в обратный путь?
— И на чём? — подхватил воробьишко.
— На чём, придумать можно, — возразил моряк. — Сделать хотя бы крепкий плот. Но как без стрелки миновать Чёртовы скалы? Разве что пройти по суше? Не очень-то я большой знаток в таких странствиях, но, наверное, другого выхода не будет, если только колдунья не выручит.
Воробей сочувствовал попавшим в затруднительное положение людям, но эти трудности лично его не касались, а нрав у него был весёлый и беззаботный, поэтому он не мог даже сделать вид, что опечален.
— Выкрутитесь как-нибудь, — решил он. — Не надо падать духом.
— Не надо, — согласился Джон. — Раз стрелки нет, то мы пойдём по суше. Только бы раздобыть золотое сердечко. Но прежде всего у меня должна перестать кружиться голова. Иди, Адель, взгляни, ничего больше не выбросило?
Девушка нашла мешочек с сухарями, но они были испорчены. Зато ей попался бочонок с солониной, и она с радостью прикатила его к Джону.
— Бобы с солониной, — наша привычная пища, — отметил моряк. — Раскладывай костёр, Адель. Сегодня вся работа достанется тебе, а я буду считаться больным. Посмотри, воробей, никого нет рядом?
Воробей добросовестно исследовал местность.
— Никого опасного, — сказал он. — Можете не волноваться. А мне пора домой. Прощайте…
Путешественники попрощались с любопытной птичкой, и она улетела.
Адель принесла из леса сухих веток и сучьев, достала из сумки огниво и разложила костёр. Она привычно воткнула в землю две рогатины, а на них на палке повесила котелок. Густой суп с бобами и солониной варится долго, но пока можно было и отдохнуть.
— А ведь некоторые не верят в существование морского змея, — сообщил Джон.
— Набросился бы он на них, тогда сразу бы поверили, — ответила Адель сквозь сон. — Ты очень ловко его сразил.
— Очень уж эти гады живучи. С китом меньше возишься, чем с ним…
Девушка уже не слышала рассуждений спутника, потому что спала.
Джон разбудил её, когда похлёбка сварилась. Он двигался вяло и с трудом, но уверял, что чувствует себя значительно лучше. Почти совсем стемнело, поэтому запоздавший обед походил скорее на ужин. Голодным людям он показался очень вкусным.
— По-моему, это даже лучше "дежурного" обеда, да, Адель? — спросил Джон, подкладывая себе добавку. — Мне кажется, что голова у меня кружилась не от удара, а от голода. Завтра я буду совершенно здоров.
Глава 7
На острове колдуньи
Неизвестно, отдых помог или сытный обед, но утром моряк заявил, что превосходно себя чувствует и готов выйти в путь. Осталось загадкой, искренне ли он говорил и не скрывал ли слабость и головокружение.
После завтрака, представлявшего собой остатки ужина, Джон распределил груз и взвалил на себя самое тяжёлое. Адель взяла объёмный узел и свою сумку.