«Дурацкий какой-то менталитет».
«Ну и всякая такая хуйня, что у них, типа, медведи по улицам ходят, сами они из самоваров водку пьют и все такое прочее. Но вот что главное, папа, — Бекки сжала ножки, испытывая оргазм, — папа… м-м… Я все думаю, как же они, бедные, не ебутся?»
«В смысле, Беккки?»
«Ну, у русских, — я все пытаюсь понять этот ихний менталитет, — если у отца стоит член, неужели типичная русская девочка не поможет отцу избавиться от спермотоксикоза?»
«Думаю, все не так страшно, дочь моя. Ты слишком близко к сердцу принимаешь эти проблемы. Думаю, русские как-то справляются с ними».
«А русские дочери дают папам?»
«Если любят их по-настоящему, то, безусловно, дают».
«У! Значит, мы одинаковы?!»
Нейл вздохнул. Ну что на это сказать?
Сами прикиньте. Чем отличается русское влагалище от американского?
Дочь поебалась. «Чего ты хочешь ishsho, папа? Пососать?»
«Пососи, доченька».
«Так?»
«Соси, родная».
Бекки взяла в рот. Он был необычайно толст. Совсем не таков, как у пацана со славянским именем Матус. У Матуса был довольно убогий стручок. Этому пареньку, она, конечно, пососала. Но ощущения, откровенно говоря, другие. Папе сосать куда приятнее. Эта толстая залупка, головешка куда на