- Ты грязь! – рявкнул Рони.
- Какое точное слово. "Грязь". Кстати, именно это слово передала твоя родная тётя Стелла тебе, ну и твоей матушке, разумеется. У Бога нет мёртвых, как известно. И твоя матушка очень постаралась, чтоб я встретилась с её сестрой.... Девочка- волчонок. Она просила передать – время расплаты близко. На этом всё. Прощай, лузер, я тебя не боюсь. И спасибо за урок.
Рита рванула к полицейской машине. У открытой двери её ждала Дуня и хлопала в ладоши. Они обнялись и заплакали. Мама тоже вышла из машины и достала жетон.
- Я хочу допросить его, Рита. Обдолбанный что ли?
- Нет, мама, не надо. Это брат Лютера, подвёз меня. Просто поехали домой. Скорее. Я устала.
Рита выкатила средний палец для Рона и, смеясь, уселась на заднее сидение. Мама посмотрела на остолбеневшего Стьюворда и ударила по педалям.
- Он полный идиот. Поверьте моему опыту. Как ты села с ним в машину?
- По сравнению с "зелёным мордером", он милашка, - ответила Рита, обнимая подругу.
- Это идиотский орден в универе. Я предупреждала – с ними никаких отношений. Ни слова, ни взгляда. Полное дерьмо за родительские деньги. Он точно один из них.
- … Дай телефон.
Рита набрала по памяти адрес роковой ссылки и скачала файл. Время ещё не отсчитало час. А, в конце дня на почту Рона придёт письмо с интригующим видеофайлом и несколькими вытянутыми пальцами. Подпись в конце гласит: убейся ублюдок.
XVII
- Я нашла твой тест. Там две полоски, – взмахнула руками и завитушками Дуня.
- Была одна, - возразила Рита, запихивая в рюкзак ноут. Она собирается на пары, а Дуня, как всегда медлит.
- Ты с мозгом поссорилась? – съязвила Дуня. – Две.
- Ты на пары опоздаешь. Я-то готова.
- Ах, на пары? Тебе в родом надо, опомнись, сестра.
Рита опустилась на кресло и расплакалась. Дуня посмотрела на неё и сморщила лоб, словно решает глобальную проблему.
- Погоди, - сказала она, - не реви. Ты хоть понимаешь, что произошло?
- Я знаю, что две полоски, - всхлипнула Рита и опустила голову.
- А, - протянула Дуня и добавила, - Надо что-то делать.
- Это и так понятно, ну и совет, - съязвила Рита.
- Пошли на пары. Потом решим, - скомандовала Дуня и подхватила подругу. – Идём.
На лекции по софистике, Дуня, коснувшись завитками бледных щёк подруги, шепнула той на ухо:
- Я написала маме. Она спасёт.
- О, боже, Дуня. Какой стыд, - пролепетала Рита и покраснела до кончиков ушей.
- Самое плохое уже позади, - подбодрила её Дуня и онемела до конца лекции.
На обед подруги отправились не в студенческую столовку, как обычно, и не в кофейню, потому, что Риту мутило от запаха кофе, а в фаствуд и уселись за одинокий столик на балконе.
Когда Дуня проглотила полгамбургера и отдышалась, беседа потекла дальше.
- Рожать поедешь в свой приют. Тебя на работу возьмут. Будешь стаканы протирать, наклейки клеить, конверты запечатывать. Ну и всякое такое. Ребёнка усыновят мои родители, как обычно приедут и заберут. А ты вернёшься в универ. Пока роды, то да сё, живот, уйдёшь на дистанционку. Документы предоставят, что ты на оздоровлении в Европе, какой-нибудь восточной. И в приюте тоже под другой фамилией… Главное, держись и спокойно. Виду не подавай. Не морщись от кофе при всех.
- Спасибо. Но, я сама хочу своего ребёнка... Сама. Правда, я благодарна, но…
- Хочешь своего ребёнка видеть – отдай моим родителям. Иначе эти мордоры его отберут. Ты забыла, чей он? Они своими отпрысками дорожат больше жизни, твоей и наших вместе взятых. Не успеешь родить – его отвезут прямиком в замок Стьювордов. А тебя в психушку, в лучшем случае.
- Мне страшно, Дуня, - произнесла Рита.
- У тебя есть семья. Для чего же ещё мы нужны? Ребёнок будет нашим. Ты – его мать. И всегда ею останешься.