В светлой двухкомнатной квартире, в которой я была пару раз вместе с Киром, мы целовались у окна на кухне, я нежилась в его горячих объятиях. Теперь жила молодая семейная пара, с двухлетним малышом.
Бизнес-центр, который принадлежал Кириллу был вторым местом и моей надеждой на спасение. После его исчезновения я не могла даже мимо проезжать. Кир вложил в него столько сил, денег и энергии. Поэтому я совсем не удивилась, когда после полугода совместной жизни, из двухкомнатной квартиры в не самом плохом спальном районе, мы переехали в двухэтажную квартиру в одном из элитных районов города.
Тогда, давно, два с половиной года назад здание было опечатано. Следственная группа, люди в форме. Кир всё продумал и подстраховал нас с Тасей. Ни единого допроса. На нас даже не вышли, нас просто никогда не было вместе с ними. Не знаю, как у него так выходило, только вот ни единого прокола. Наша с ней жизнь оказалось кристально чистой.
Он никогда не был связан с криминалом. Я это точно знаю. Просто потому что каждый из нас не врал другому ни в мелочах, ни в глобальных вещах, которые определяли наши отношения.
Только за это время я ясно поняла, где было его слабое место. Леонид.
Его брат стал вести себя сразу отвратительно по отношению ко мне. Не знаю, слышали ли вы о неком предопределении, которое доступно некоторым людям. Как только я его увидела, почувствовала взгляд молодого парня, который был на два года старше меня. Я сразу поняла, мне не стоит ждать от него ничего хорошего. Он никогда не выказывал враждебности рядом с Киром, но чёрные, как ночь глаза, которыми он прожигал меня. Полутона. Полунамёки. Пошловатые, раскрывающие суть Леонида. Непристойные предложения, которые высказывались мне только на пьяную голову. И только наедине.
Пару раз я смолчала, но когда тебя уговаривают рассказать “что случилось?” под тёмным натиском мужской силы и заботы, не сдаться просто невозможно. К чести Кирилла он не усомнился в моих словах. Ответом мне был тёмный взгляд и короткое, но ёмкое: «поговорю», приправленное сладким поцелуем. «Я никому не дам тебя в обиду, даже брату. Он младший ему многое позволялось, это больше не повторится». – твёрдо закончил Кирилл. Леонид после того случая ко мне больше не подходил, а Кир неустанно следил за моим настроением в компании. Меня больше ни разу не оставляли с Лёней один на один.
Где же ты, Кир? Почему не со мной? Я искренне не понимаю, что должно было случиться, чтобы он забыл обо мне.
Мне придётся возвращаться на канал, в редакцию, в фонд, судя по всему у меня больше нет привилегии – рассыпаться на кусочки и плакать. Во-первых, потому что моё горло каждый раз сдавливает спазм, после его появления я не смогла выдавить из себя ни слезинки. Во-вторых, я даже не могу придумать ни одного вразумительного оправдания для него.
Видимо я знатно подпортила личную жизнь Лики с Антоном. Мало того, что я не ответила ни на одно «официальное» письмо Антона, касаемо канала, которыми он явно старался наладить контакт, так и все его сообщения игнорировала, так и весят десять неотвеченных. Но тогда у меня не было ни малейших сил, чтобы притворяться.
Лика пока без огромного количества вещей, но переехала ко мне. Я не против, нет. Но думать даже не хочу, что косвенной причиной разлада стали мы.
А сейчас?
Сразу после ареста Кирилла и «компании» стали приходить странные письма. Что-то вроде Джульетте без Ромео долго не протянуть. После такого шока и потери я не сильно испугалась, я вообще отложила плотный белый конверт без адреса – было всё равно. В кутерьме извечных адвокатов, закрытых заседаний и нервотрепок, ещё и этому я не придала значения.
Смс на телефон, который сплошь заполнен фотографиями Кирилла, обнаженными, он в одежде, мы вместе, дома, на отдыхе, в спальне – в сообщении было только дата и время. Отвлекая меня от просмотра фотографий.
Леонид. Он ждал меня в пригороде. Слишком холодно для середины мая или это меня морозит от неизвестности.
–Тебя потянуло на театральность? – хлопнув дверью машины, готовая кинуться на него с кулаками. Только мысли о возможной помощи Кириллу заставляет меня оставаться на месте.
–Захотелось в кое-то веке тебя заинтриговать. – улыбается похабно, больше подхоже на оскал. Явно вкладывая в неё двойной смысл, а мне не понятен его смех, да и причины приподнятого настроения. Я надеюсь, неистово сильно, что несмотря на своё ненормальное поведение. Он скажет, что Кир ни сегодня, завтра, но в ближайшие дни выйдет, и я смогу его обнять.