Выворачиваю лицо в другую сторону, физически не могу видеть его, чувствовать его запах. Мутит так сильно, что больно стоять.
–Замерла, – дёргая мою голову, ударяя своей сильной рукой об стену. – Не хочешь трахаться, ладно, сделаем скидку, на то, что чёрная вдова ещё не отошла от траура по своему раню. Но твои метания я немного ускорю. – Дёрнув рукав рубашки, прошёлся заострённым осколком по моему предплечью, сжала зубы чтобы позорно не застонать, я же сильная, мне не больно. Господи как же жжёт.
–Советую посетить врача, мало ли артерия задета. Думай, штучка, одно твоё да и всё кончится.
Каждый раз становится, всё хуже – он преследует меня. Простая поездка на работу закончилась открытой раной – пришлось накладывать швы и отнекиваться от расспросов друзей.
Я не искала с ним встреч, то что он их ищет со мной. Страшнее всего. Ворох этой тайны, будто только мой…
Я не помню как доехала, но то, что дверь открывала с ноги это точно.
–Что ты с ним сделал?
–О ком ты? – поднимаясь со своего противного скрипучего чёрного кожаного кресла.
–Зачем? – сейчас мне кажется, что его чёрные глаза становятся ещё темнее. То, чем занимается Леонид накладывает на него свой след, черты изменились стали острыми и жесткими, несмотря на нашу первую неприязнь, он был красивым, похожим на Кирилла, только глаза у них отличались. У младшего они были бешеные, необузданные и жестокие, а у Кирилла полны добротой, чарующие светлые.
–А ты о моём брате? – беспечно потягивается, – ничего,– качает головой из стороны в сторону, – просто пару раз съездил к нему в колонию, показав одну занятную вещицу. – открывает первый ящик стола и подаёт мне какую-то бумажонку, а именно свидетельство о браке. На фамилию Бессмертного Леонида и меня, датированное – ровно два месяца после оглашения приговора.
–Неправда, если бы ты даже расписал нас сам, у меня были проблемы с документами, а это неправда. Не может быть такого.
–За это ты мне нравишься, ты умная. – щёлкая пальцами, продолжает он, – подделка, но из-за тюремной решётки не очень-то разберёшь, что там написано. Я трижды приезжал к нему, – наклоняясь ближе ко мне, шепчет своим противным дыханием, – смесь табака и крови, возле моего лица, – он так долго не хотел верить, в конечном итоге подрался в заключении и оказался прямиком в карцере. В каждый свой приезд я рассказывал что–то новое: например, то что ты со мной давно спишь и план, как от него избавиться мы придумали вместе. Ты же видела, как он был влюблён в тебя и захотела на этом сыграть, но не просто половину того, что имел он, а всё. В третью нашу встречу он уже люто ненавидел тебя, стоило только показать ему видео с нашей счастливой свадьбы, кстати не так уж и сильно он тебя любил, если не смог распознать ряженую актрису. А вот известие, что ты беременна его добило.
–Ублюдок, – совсем, не думаю о последствиях, бью со всей силой коленом в пах.
–Злись, злись, штучка только теперь он всегда будет думать, что ты просто продажная сука, которой всегда нужны были только деньги.
Глава 7.4
Успокоение не наступит никогда. Эта мысль обосновывается в моей голове ровно до того момента, пока я не доезжаю до работы.
Офис канала становиться моим любимым местом. Светлое и тихое помещение, в котором я провожу по десять часов в день, иногда больше. Ощущаю себя в безопасности. Если учесть, что последнее время я смахиваю на параноика, то это прогресс.
Чисто физически не могу вернуться к журналу, у меня холодок по коже пробегает, что я найду в себе силы, открою дверь своего кабинета и снова увижу жестокого Кира. Поэтому дела глянца я веду дистанционно, не забывая, ожидая что меня скорее всего снимут с должности. Не знаю глупость это или гордыня, но не хочу писать заявление на увольнение. Я вообще не хочу уходить. Отмечаю так как бы между делом, что надо забрать из редакции все свои вещи, и хоть задышать спокойней.
Марина видит моё настроение и неустанно просит рассказать, что случилось. А я не знаю, что ей ответить, как такое объяснить, с чего начать рассказывать.
Лика только–только оттаяла. Буквально вчера видела, как они целовались в машине Антона, словно школьники. Поэтому провоцировать новую вспышку ссоры между ними не хочу. Я знаю, что Лика до безумия сильно любит Антона, но иногда её упрямство переходит все границы.