- Только учти, что по факту Яся – законная жена Вадима, - напомнила Алина. – Неплохо было бы иметь на него что-то помимо голых обвинений в похищении. Дело с убийством её отца очень быстро замяли, а тот разговор, что Ярослава услышала… Я, конечно, понимаю, что сейчас вы его прижмёте, но что потом?
- А потом он сам выходить из клетки не захочет, - рыкнул Сергей, уже набирая номер. – Уж об этом я позабочусь.
Если бы не сложившаяся ситуация, Ян непременно усмехнулся бы. Но сейчас было вовсе не до смеха. Пока Сергей разговаривал с отцом, он принёс папку и швырнул на стол. Алина тут же открыла её и принялась строчка за строчкой изучать написанное. Личная информация, телефоны, недвижимость… Дойдя до второго листа подняла голову и, глядя на Яна, вопросительно приподняла бровь.
- Так Вадим и её дядя…
- Судя по всему, - на этот раз уголок его рта всё-таки едва заметно дёрнулся.
Алина чуть скривилась и снова принялась за чтение.
- Понимаю! – гаркнул в трубку Серёга, потом уже спокойнее сказал: - Извини, отец. Я всё понимаю. Да… Хорошо.
Когда он, закончив разговор, резко нажал на кнопку отбоя, И Ян, и Алина посмотрели на него с ожиданием.
- Ему может потребоваться несколько часов. Возможно, сутки или чуть больше. - Он встал, звучно грохнул смартфоном о стол и бессильно глянул на Яна. Прошёлся по кухне – от стола до подоконника, потом к стене, глянул ещё раз. – Чёрт подери! Это слишком долго! А если…
- Возьми себя в руки, - неожиданно твёрдо проговорила Алина. – Это твой отец!
- И что? – резко ответил Сергей.
Алина тоже встала. Подошла к нему и выговорила:
- А то, Карасёв! Ты к нему за помощью обратился? Он тебе разве отказал? – Она смотрела ему в глаза – тонкая, красивая и настолько решительная, что на миг Сергея охватила досада от собственной слабости. – Я уверена, что он сделает всё от него зависящее и сделает это в максимально короткие сроки. Или отец тебе хоть раз дал повод в нём усомниться? Или что? Ты бросишься ошалелым кабаном к Давыдову? Расстреляешь охрану, ворвёшься в дом…
- Не утрируй, - процедил Серёга.
- Я не утрирую! – повысила Алина голос. – У него охраняемый дом на Рублёвке. Ты думаешь, просто так войдёшь туда и заберёшь её?!
- Можно попробовать выманить его и…
- Можно! Но сколько это времени займёт? – Стараясь унять гнев, Алина вдохнула и заговорила спокойнее: - Лучшее, что ты сейчас можешь сделать – подумать, почему это случилось. И попробовать переосмыслить. Может быть, пора уже отпустить прошлое? – повернулась к Яну. – Взять и отпустить. И не вешать на Ярославу то, к чему она отношения не имеет.
Серёга смотрел на неё ещё несколько долгих мгновений, затем отвернулся к окну. Алина была права. Как бы ни был порой отец недоволен его поступками, сколько бы раз ни устраивал ему выволочки – усомниться в себе он не дал ни разу. Ни там, в прошлом, когда пропала Настя, ни после, когда её нашли мёртвой, ни ещё позже, после смерти братьев Романовых. И за последующие за этим годы отец тоже ни разу не дал ему в себе усомниться. Ни в большом, ни в мелочах.
Алина молча насыпала в кофемашину зёрна и включила её. Им всем нужен кофе, потому что впереди – ночь. Ночь, обещающая быть неимоверно длинной.
Глава 18. Старинное серебро
Москва
Ярослава медленно открыла глаза. Голова была мутной, веки – тяжёлыми. С трудом понимая суть происходящего, она сделала глубокий вдох и постаралась перевернуться, но это ей не удалось – руки были крепко привязаны к спинке кровати. Губы пересохли, сильно хотелось пить. Со стоном выдохнув, она придвинулась к спинке и осмотрела комнату. Её собственная комната… Скула болела, во рту чувствовался привкус крови. Бумаги… Она попыталась вспомнить минувшие события, но выходило это с трудом. Нет, бумаги она не подписала. Кажется, Вадим несколько раз ударил её по лицу… Да, так оно и было. Чем больше она упиралась, тем сильнее он выходил из себя. Это пугало и в то же время будило в ней несвойственное ей упрямство. Ни за что она не подпишет эту дарственную. Умрёт, но не подпишет! Впрочем, уверенности в том, что сможет сопротивляться и дальше, у неё не было. В голове стоял туман. Она вспомнила, как Вадим держал её, а дядя… Игла в руке, тошнота, а дальше всё – пустота, да и та обрывками.
Запястья ныли, и Ярослава попробовала пошевелить руками в попытке ослабить верёвки, но это оказалось бесполезным. Надёжный узел, крепкий. Снова осмотрела комнату. Почти как когда-то в детстве: широкий резной шкаф, заваленный мягкими игрушками диван в углу, добротный книжный стеллаж и вычурный столик с зеркалом у окна. Большая комната в бледно-розовых и бежевых тонах. Матери её всегда нравилось заниматься интерьером, и это было, пожалуй, единственным, что ей действительно нравилось. Ах, нет, ещё кокаин…