Глава 3
Полгода спустя
Заур
Каждая клетка тела вибрировала от адреналина. Толпа вокруг с ненавистью смотрит на меня. Пятна крови на татами из его рта, и безумный взгляд противника. Он смотрел на меня так, словно желал моей смерти. Да почему словно? Он бл**ь жаждал моей крови, но этот кусок говна не смог опрокинуть меня. Удар, снова удар. Во мне все пульсирует от жгучей ненависти. Я хочу замесить его, я не оставлю ему шанса, потому что он — слабак. Я мечтал о боли, а этот долб**б даже оплеухи мне не отвесил.
Удар. Костяшки хрустят при соприкосновении с его подбородком. Он летит на пол, падая навзничь, а рефери начинает отчет. Отворачиваюсь, поднимаю голову, закрывая глаза.
Толпа скандирует мое имя. Они видят меня в первый раз. Сначала у них была злость — я сломал их лучшего бойца. Но когда он свалился на пол безвольным мешком, на смену пришел восторг. Они готовы простить денежные потери, потому что я дал им много крови. Они жаждут еще зрелищ, хотят больше. Вытираю кровь с лица, слышу крик Алана, но не понимаю, где он. Внутри меня до сих пор все вибрирует от напряжения. Чувствую чье-то касание, резко разворачиваюсь, готовый вь**ать, но застываю. Друг протягивает мне бутылку воды.
— Идем, у меня для тебя важное дело.
Киваю. Забираю футболку и, натянув ее поверх вспотевшего торса, выхожу следом в прохладу вечерней улицы. Вокруг толпа народу, все снуют в разные стороны.
— Ты в порядке? Может, врач нужен? — Алан с тревогой осматривает меня.
На нем новая футболка от Гуччи и темные очки в поздний вечер. Слишком много понтов в последнее время. Его внешний вид смешит меня.
Возвращаю бутылку с водой.
— Ты издеваешься? Он даже не погладил меня, кусок г*вна, а не боец. Кого ты мне нашел?
Алан выглядит озадаченно.
— Это лучший боец из тех, с кем ты не дрался, Зу. Остальные даже в клуб тебя пустить отказались…
Засмеялся горько. Алан покосился на мое предплечье.
— Зу, у тебя рана разошлась, смотри, бинты красные. Давай, все-таки, сгоняем к доку.
Он меня напрягает.
— Нах*й дока, поехали в гостиницу. У меня встреча.
Скрипнув зубами, он кивает. Мы усаживаемся в его тачку. Прикрываю глаза, откинув голову на сидении. Сейчас мне хорошо. Адреналин еще не ушел, а злость уже не так накрывает — я выплеснул ее на ринге. Алан считает, что я дерусь за бабки. Вот только это не так. Я дерусь, чтобы жить. Чтобы хоть как то держать в руках своего зверя. Я выпускаю его в клетке, давая шанс самому себе вдохнуть полной грудью.
Он вдруг резко тормозит. Я поднимаю глаза, вижу, что мы уже у гостиницы. Забираю сумку, желая покинут салон, но друг блокирует двери.
— Сегодня утром, ты не должен был подставляться под пули, Зу.
Я понимал, к чему он клонит, и эта тема не нравилась мне.
— Эти ублюдки хотели забрать целый грузовик товара и не заплатить. Они достали стволы и палили по нам.
Я повернулся к Алану. Он сидел с каменным выражением лица.
— С нами было охраны десять человек. Это люди, которым ты платишь, Зу. Платишь за то, что они подставляют свой зад под пули. Так какого хера ты полез вперед?
Я размял шею, выдыхая.
— Хватит ныть, Алан! Или мне стоит купить тебе розовое платье, чтобы ты перестал это делать?! Ей богу, ты как девочка! Не знаешь, в каком бизнесе мы крутимся и с какими людьми имеем дело?
— В том то и дело, что знаю! И я, бл*ть, не собираюсь из-за какой-то х**ни терять брата! У тебя есть все, Зу! Все бл**ть, что тебе еще надо?! Какого хера, ты живешь как чертов псих?! Какого черта, уничтожаешь себя каждый день?!
Я видел, что ему больно. Но я ничем не мог ему помочь.
— Каждый день я зарабатываю сотни тысяч долларов, Алан. Мы с тобой построили огромную корпорацию, мы стали частью этой махины. И не выйдет трусливо отсидеться в норках и остаться королями гребаного мира. Если ты хочешь жить красиво, то рискуй.
Я выскочил из машины. В груди снова распирало от злости. Бл**ь, весь вечер насмарку из-за этой наседки.
— Заур!
Да твою ж!
Обернулся. Алан направлялся ко мне. Подойдя, ткнул в меня папкой с бумагами.
— Вот, это вчера принесли. Я пытался с тобой поговорить, но ты бл**ь так занят, пытаясь себя угробить, — прорычал сквозь зубы.
Я открыл документы. Здесь были какие-то фото, и исписанный листок бумаги с флешкой.
— Что это?
— Показания бывшей домработницы Самиры.
От звучания ее имени, кровь в венах закипела. С каждым мгновением мне было все трудней сдерживать себя.
— И? Зачем мне это?
Алан оставался невозмутимым.