Пламя расплескалась и зацепилось за доспехи примерно сотни воинов. Мне оставалось только подпитывать огонь оставшейся энергией.
Но тут я ощутила какое-то вмешательство, кто-то пытался обезвредить мою атаку. Но это были достаточно жалкие попытки. Наверно, их маги что-то пытаются сделать. Хотя мне почему-то казалось, что такое могут делать только стихийники. Ну и ладно, может, это вообще какой-то артефакт.
Сейчас меня беспокоило кое-что другое. Армия вообще не обратила никакого внимания на мой удар. Даже полностью охваченные розовым огнём всадники продолжали ровно скакать в строю.
— Это как? — ошарашенно спросила я в пустоту.
— Наверняка их монахи напоили каждого солдата каким-нибудь наркотиком, — ответила пустота голосом Ярвуса. — Они же фанатики, главная цель их рыцарей — отдать жизнь, убив как можно больше «еретиков». Думаешь, хотя бы один адекватный командующий кинул бы кавалерию на достаточно узком пространстве на превосходящие силы, стоящие в обороне, в одиночку? Я бы даже в страшном сне не стал бы так рисковать. А их командир наверняка ещё и скачет в самом начале клина. Поэтому можете считать, что ты и кот свою задачу выполнили на сто процентов. А сейчас просто наблюдайте за работой профессиональной армии. Мирилис сказал, что тебя скорее всего примут на колдунью, а им нужно знать хотя бы основы тактики.
Чёрт возьми, я даже не представляла, что религия может так сильно промыть мозги. Это же лучше любого подчинения! Воины идут в самоубийственную атаку добровольно, причём с улыбкой на губах и радостной мыслью, что они попадут после смерти в объятия к своему божеству. Если у них вся армия такая, то я удивлена, как они ещё не захватили весь континент.
— А вы не думали, что вся эта атака, отвлекающий манёвр? — спросила я генерала.
Он лишь усмехнулся уголками губ.
— Не считай себя самой умной, а меня тупым. Внутри лагеря остались ещё пятьсот высококлассных воинов. Но они там нужны чисто для острастки. Я уже давно отправил разведчиков для слежки за их войском. Изначально всё это было просто прощупыванием наших сил, а конники нужны были поддержать атаку если она будет совсем удачной. Но командир этого отряда ослушался прямого приказа отступать, и мы имеем то, что имеем.
Какое-то шестое чувство подсказывала мне, что что-то будет. Ну не может не быть! Даже самый безумный полководец не будет атаковать вражескую армию в лоб после провала основного плана. Поэтому я просто создала воздушный щит, уже успевший стать моим любимым заклинанием, и у меня будто камень с души упал. Мерлин лишь согласно кивнул и устроился у меня на коленях.
Тем временем открыли огонь наши лучники. Ксаны понесли первые потери (горящие так и не догорели). Но это было несущественно, и они на полном скаку влетели в армийрсих пехотинцев. Наши войска лишь немного промялись.
Даже до меня долетел звук ломающихся копий. Рыцари всё прибывали и прибывали. Началась свалка. Длинные копья пехоты пришли в полную негодность, с третьего ряда были переданы короткие.
Иронично, но больше всего вреда приносили подпаленные мной противники, они до сих пор продолжали гореть, и наши воины просто не могли находиться рядом с ними из-за жара и помаленьку отступали. Я быстро потушила бегающие факелы.
Фуф, вроде бы не прорвали, а ведь было близко… Фе, ну и мерзость.
Опалённые рыцари напоминали куски металла с мечом в руке и, возможно, на скакуне. Их доспехи оплавились и понемногу начали застывать. Минутка, другая и внутри этих кусков металла будут заживо и навсегда замурованные изжаренные куски мяса. Ужас и мерзость.
И когда ситуация стала патовой начали свою битву маги. С нашей стороны стоял один Мирилис, а с их три клирика. Они были одеты в белоснежные рясы с глубокими капюшонами. Больше с такого расстояния было ничего не разглядеть.
Мирилис запустил во вражеских магов рой уже знакомых мне фиолетовых осколком. Но они разбились об золотистый щит возведённый за пару секунд до удара и также быстро рассеянный. От ксанийских магов полетели три луча, которые, объединившись в одной точке, стали сплетаться в странного червя, оказавшегося гигантской полупрозрачной золотистой змеёй, распустившей капюшон.
Она поползла к нашим рядам. Проходя через рыцарей и не причиняя им никакого вреда. До нас долетел громогласный боевой клич, воспрявших духом ксанов.
Но доползти до армийрцев змей не успел. Мирилис начертил посохом на земле несколько символов, и ползучий гад распался, взорвавшись тучей осколков. Наших воинов задело этими золотистыми снарядами, выкосив несколько десятков солдат, и в первом ряду образовалась небольшая брешь, в которую сразу хлынули успевшие потерять коней враги.
Но прорвавшихся оградили щитами и прорыв закупорился. Половину рыцарей уже перебили, и битва двигалась к своему логическому завершению.
Неожиданно из подлеска с воплями побежали армийрские лучники, а за ними с гиканьем гнал лошадей небольшой отряд ксанов.
Заметив нас на холме, они сразу же потеряли интерес к лучникам и, направив в нашу сторону жала пик, принялись набирать скорость.
Тут же началась суматоха. Точнее, я сначала так подумала. На самом деле суетилась только я. Защитники генерала перегруппировались и, выставив щиты, закрыли его полукругом. Я, быстро оценив ситуацию, перенесла воздушный щит в сторону опасности и скрылась за стеной материальных щитов сияющих воителей.
Когда в них влетело пятьдесят вражеских копий светлые воины даже не шелохнулись, а вот несколько всадников, не удержавшись, слетели со своих существ и с неприятным хрустом покатились вниз по холму.
Защитники генерала синхронно подняли щиты и, оголив мечи, размеренно пошли в атаку на силы противника в пять раз превосходящие их числом. И, на моё бескрайнее удивление, не понеся потерь порубили врага в капусту буквально за минуту. Никогда не видела такой слаженной работы. Они действовали будто в симбиозе, без единой команды прикрывали друг друга и Ярвуса, даже не видя событий за спиной неожиданно разворачивались и перебегали туда, где нужна была поддержка.
«Очень сильные бойцы», — с уважением подумала я. — «С такими ни за что не захочется помереться силами».
А наша основная армия тем временем уже перешли в наступление и добила оставшихся рыцарей. А к нам во весь дух бежал посланник.
— Генерал, — сказал он, приложив кулак к сердцу. — Враг полностью побеждён. Наши потери до сих пор оцениваются, но уже выходит около двух сотен. Ксанийские клирики и часть офицеров скрылись.
— Хорошо. Всех раненых собрать в одно место и своих, и чужих. Тяжелораненым оказать немедленную помощь. Догонять бегущих не будем. Не занятые солдаты пусть расходятся по своим частям, передай, что жалование будет дано сегодня в полдень.
Солдат стукнул кулаком в грудь и побежал обратно к армии.
— Хорошее сражение. Теперь можно будет взять город без проблем. Думаю, оставшихся сил им не хватит, — задумчиво произнесла я больше для себя. — Кстати, а почему вы сказали сложить всех раненных в одно место?
— Мы же не варвары, — Ярвус пожал плечами. — Солдаты никогда не виноваты, что идут в битву. Хоть они и до беспамятства верующие, но они всё равно получат помощь, а потом мы их вернём за выкуп.
— У вас такое отношение ко всем раненым? — у меня в голове почти до конца сложился план действий.
Генерал раздражённо передёрнул плечами.
— Обычно, да. А к чему этот вопрос?
— Да так, просто хотелось узнать дальнейшую судьбу тёмных эльфов.
Он тут же потерял весь интерес.
— С ними всё ещё проще. Сколько пленных вернул, столько эльфов сможешь нанять в следующий раз даром. Почти у всех государств с ними есть договора и мы не исключение.
— Понятно, — строя задумчивое лицо, протянула я. — Ладно, наверно, я пойду, всю ночь на ногах.
— Кстати. Не поделишься ли, каким образом ты не уснула, когда на лагерь было наложено заклятье? — со скучающим лицом поинтересовался Ярвус, но его глаза цепко следили за моей мимикой.
— Когда было наложено заклинание я была за городом, практиковала магию. Мирилис видел меня. А потом, уже ночью, когда я вернулась в лагерь, увидела, что все беспробудно спят, а по лагерю бродят эльфы. Потом Грифин отправил меня будить мага. В общем-то, всё. Кстати, проверьте лес, там наверняка осталось лежать много ваших дозорных, — я постаралась максимально выразительно посмотреть на генерала. — До свидания.