Вскоре им поднесли заказанное. И если пиво было пивом только по названию, то заяц оказался воистину великолепен. Наверное, даже если бы Андрей знал, что хозяин здорово нагрел на них руки, он бы не пожалел об этом.
Заяц был уже почти съеден, когда Андрей оставил ребят доканчивать дело, а сам снова подошёл к хозяину заведения.
– Хотите что-нибудь ещё? – тут же с надеждой поинтересовался тот.
– Нет, спасибо, – поблагодарил Андрей. – Заяц просто объедение!
Хозяин самодовольно улыбнулся – его Ленка и не такое может приготовить.
– Мы тут проездом, – продолжил Андрей. – Хочу разузнать кое-что. А кто может знать, что творится в округе лучше, чем хозяин такого заведения?
Хозяин, которого Андрей сумел расположить к себе похвалами его зайца, благодушно кивнул и облокотился о стойку.
– Да, тут всё что угодно можно услышать, – согласился он. – Правда, я торчу тут чуть ли не сутками, так что не могу проверить, что из услышанного правда, а что выдумка.
– Ну-у мне не военные тайны выспрашивать, – улыбнулся Андрей. – Мне интересно, как тут живётся, какие порядки… и какие могут быть опасности. Нам надо дальше двигаться, на запад, вот и хочу быть в курсе возможных неожиданностей…
Разумеется, на запад Андрею было совершенно не нужно. Это был ещё один трюк, чтобы в случае чего Андрея нельзя было приплести к каким-либо из возможных событий. Хозяин поставил на стойку кружку пива, заказанную одним шумным клиентом. Тот забрал её и пошёл к своему столу. Андрей хотел уже повторить свой вопрос, думая, что Серый ничего не услышал, но оказалось, что слышит тот замечательно.
– Как живётся? – переспросил Серый, снова повернувшись к Андрею и снова облокотившись о стойку. – Это зависит от того, с чем сравнивать. Мне – неплохо. Кому-то другому, может быть, и не очень. Порядок тут поддерживается всеми нами, и правила у нас простые ‒ не трогай нас и мы не тронем тебя. Наша община ни к какой «конфессии» не принадлежит. «Инквизиторы» забегают иногда, но только горло промочить ‒ близкое соседство гильдии не позволяет им тут хозяйничать.
При слове «конфессия» хозяин заулыбался. Андрей догадался, что таким образом тот именует группировки.
– Гильдия? – с деланным удивлением спросил Андрей. – Тут есть гильдия?
– А вы не знали, что ли? – хозяин недоверчиво покосился на Андрея. – Путешествуете и не знаете, куда направляетесь?
Андрей понял, что прокололся. Ведь действительно – если они путешественники, то должны хорошо разбираться в картах и хотя бы номинально знать местность, по которой идут. Он никогда не отходил дальше пары километров от Прохоровки, а походы на «волков» в последнее время вряд ли можно было назвать путешествиями. Но хозяин сам спас положение.
– Вы в Ольховку попали, – подсказал он, истолковав удивленное выражение собеседника тем, что молодой парень неумело прочитал карту и немного заблудился.
– Вот оно что! – Андрей хлопнул себя по лбу. – А я думал мы пройдём южнее. То-то я думаю, что город великоват. А что гильдия? Хозяйничает, как и везде?
На лицо хозяина снова вернулось былое выражение.
– Да, гильдия тут все решает. Но в последнее время «Инквизиторы» что-то там не поделили, раскололись и начали бить друг друга. Говорят, разнесли в щепки конвой торговцев и они из-за этого теперь нервные. Если пойдёте на юг, то вряд ли нарвётесь на банды, а вот севернее это запросто. Впрочем, если вы двигаетесь с востока, от Коптиловки и тамошних деревень, то точно должны были повстречать кого-то из них.
– Было дело, – соврал Андрей. – Неподалёку от комбината.
– Да-а, – протянул хозяин, – там они сидят, эти отморозки.
Возникла пауза. Андрей по-прежнему ещё не услышал ничего, что могло бы его заинтересовать. Он быстро перебирал в голове варианты продолжения разговора, пока Серый не отвлекся.
– Ну, а вы-то давно здесь живёте? – спросил он, имея в виду самого Серого и его жену.
Серый задумался ненадолго, глядя в дальний угол зала, где один из клиентов вскочил, матерясь, и врезал другому по морде. Тот завалился на спину, поломав под собой стул. Закончилось всё тем, что потревоженные соседи наваляли обоим драчунам. За всё время, пока шла потасовка и ломалось вдребезги его имущество, Серый не проронил ни звука и ни один мускул не дрогнул на его лице. Кремень, а не человек.