– Есть ребята, которые никому из нас не по зубам, – уклончиво ответил лысый. – Эти люди даже не заметят нас, если захотят сожрать. Но мы кое-что замутили в этом направлении и нашли годную крышу. Поверь мне, расклад такой, что без нас у вас вообще нет шансов выжить. Даже если случится чудо, и вы сможете выстоять против нас, то с тем, что скоро начнется, вам не справиться. Стычка с нами – это как поссать против ветра – вы окажетесь замоченными.
Лысый ухмыльнулся, довольный своим корявым остроумием.
– Ну а если струя у вас будет сильной, то потом придется ссать против бури. И тогда…
Откуда-то принесло глухое раскатистое эхо канонады. Лысый вздрогнул, но на его лице почти сразу же растянулась самодовольная улыбка.
– А вот и мы, – противно растягивая слова, елейным голоском протянул он и мерзко улыбнулся.
– Ерошин! – крикнул Макс.
Из-за угла выскочил боец с автоматом наперевес. Сопровождающие лысого напряглись. Как и он сам.
– Выясни что происходит. Если надо – от моего имени свяжись с полковником. Пулей! – резко приказал Макс.
Услышав командирский тон Макса, и заметив, как тот переменился, Лысый посмотрел на него иначе. Он начал догадываться, что Макс водил его за нос, но пока молчал, заново изучая оппонента. Родионов больше ничем не выдал своего волнения. Он просто оперся спиной о кирпичную стену и смерил взглядом троицу напротив, размышляя стоит ли отпускать их обратно. Парламентеры парламентерами, но бандиты не были похожи на людей чести. Они пришли к нему только потому, что проигрывают и Макс был уверен в этом, даже несмотря на то, что где-то на подступах к Волчьему логову шел серьезный бой, от результатов которого зависели жизни его людей и его собственная.
Сверля друг друга взглядами, провели минут пять. Максу даже курить не хотелось, хотя лысый очень медленно, чтобы не провоцировать, полез за борт дубленки, достал оттуда блестящую металлическую зажигалку и пачку сигарет, одну из которых предложил ему. Искушение было велико, но Макс проигнорировал предложение. Прикурив, лысый снова приковал все свое внимание к Родионову. Неопределенность волновала его. Родионов теперь был для него непредсказуем, а то, что он по сути был загнан в угол в глазах лысого делало Макса ещё более опасным.
– У тебя все меньше времени, – решил поторопить он. – Ты еще можешь спасти своюбратву. Отступите, и все будет тип-топ.
Макса невозможно было расшатать такой примитивной провокацией. В своей жизни он побывал во многих боях, так что начало очередного из них не могло заставить его нервничать. Поэтому ни во взгляде, ни в выражении его лица ничего не изменилось, и лысый немного смутился. Ещё больше он смутился, когда вернулся Ерошин.
– Полковник сообщает, – доложил он, – цитирую: ведем бой с большими силами «волков», Дьяков со мной, Романова отправил к вам. Не допустите прорыва «волков» из города.
При последних словах Родионов резко оторвался от стены и направил оружие на лысого и его людей. Ерошин, не понимая, что происходит, интуитивно сделал то же самое. Теперь лысый и его сопровождающие по-настоящему занервничали.
– Мы парламентеры. Вы не можете нас убить! – проревел он.
– С волками жить – по-волчьи выть, – спокойно парировал Макс. – Так что можем. Но не станем. Ерошин, позови кого-нибудь – нужно их связать.
Ерошин вышел и через минуту вернулся ещё с двумя бойцами и веревками. Парламентеров связали и перевели в более безопасное место.
– Это для вашего же блага, – с леденящим душу спокойствием сказал Макс, присев рядом с ними. – Вы же побежите к своим, расскажете, что тут слышали. Зачем нам эти проблемы?
Макс поднялся, глядя на пленников абсолютно безразличным взглядом.
– Ты, наверное, уже понял, что мы не отступим. Так что не обессудь. Поскольку вы парламентеры – обещаю, что ваши жизни мы сохраним, чем бы все ни закончилось.
Гронин со свежими двумя отрядами и Дьяков с остатками своих сил лоб в лоб столкнулись с подкреплением бандитов под Волчьим логовом и сумели уничтожить значительную их часть, а остатки рассеять. Победа не далась легко, но и трудной Гронин её бы не назвал. Бандиты были слабым противником, часто паниковали и делали ошибки там, где достаточно было лишь проявить характер и стоять до конца. Несмотря на всю свою браваду и показную крутизну, на деле они обладали психологией простейших гопников – беги, если противник тебя не боится. Поэтому во многих случаях достаточно было лишь надавить посильнее, и «волки» бросали все и бежали что есть духу с тактически выгодных позиций. И этот раз не оказался исключением.