Я поднялся кое-как, начиная растирать конечности, а сам почему-то молитвы начал вспоминать. В наше время хоть религия и была под запретом, но многим было наплевать на это. С трудом отогрев немного конечности, я взял ружьё и тушку зайца и пошёл… Благо метель уже кончилась, но появилась другая проблема — темнело.
Иду я уже в сумерках и слышу наконец собачий лай вдалеке. Я сразу же на него пошел. Вышел я, в общем, на другом конце деревни. Сам не понимаю, как сделал круг. Да и неважно это! Захожу в дом, а там мать, вся перепуганная и бледная, сразу бросилась ко мне, говоря сквозь слёзы, что хотели уже мужиков собирать и идти меня искать.
Я её приобнял, попытался успокоить и рассказал о том, что случилось. Она ещё сильнее побледнела и за грудь схватилась, говоря дрожащим и испуганным шёпотом, что брат мой уехал на санях со своей женой и детьми в соседнюю деревню к родственникам ещё утром и вернуться должен был через пару дней. Так что голос его я ну никак не мог слышать.
А я и не знаю, что думать. Голос-то я точно слышал, да и толкал ведь меня кто-то! Может, бес какой? Но зачем разбудил и не позволил замёрзнуть насмерть? Да Бог его знает! Может, и ангел-хранитель спас. Кто теперь разберёт?
Мужчина закончил свой рассказ, заливая в себя очередную стопку спиртного, и даже не поморщился. Он сидел за столом посреди грязной комнаты, захламлённой мусором и горой бутылок. В помещении неприятно пахло. Да и сам выглядел не лучше своей жилплощади: грязные спутанные волосы с заметной сединой, множество морщин, добавляющих ему чуть ли не двадцать лет, рваная и давно затасканная одежда.
— Заболтался чего-то я, — он улыбнулся. — Вы, наверное, устали слушать больного старика.
Его глаза уже блестели от выпитого алкоголя, на лице играл румянец, а движения были неуклюжими. Это были явные признаки того, что мужчина уже изрядно пьян. А перед ним за столом сидела девушка с тёмными пустыми глазами и чёрными волосами, одетая в плащ, и внимательно слушала его слова.
— Возможно, у меня и вправду фляга засвистела. Ну уж лучше так, чем нашли бы меня уже окоченевшего там, — он громко рассмеялся, задевая и случайно роняя пустую стопку, которая разбилась. Мужчина перестал смеяться и тихо выругался, проклиная себя и свою неуклюжесть. Пьяница слез со стула и опустился на пол, начиная собирать осколки и бросая взгляд на девушку.
— Может быть, тоже хотите выпить? Самогон у меня отличный. А я вам ещё что-нибудь эдакое расскажу из своей жизни, — мужчина улыбнулся, глядя на неё своим затуманенным от алкоголя взглядом.
Он отвернулся, чтобы собрать и выбросить осколки, а когда снова повернулся, его удивлению не было предела: на месте, где только что сидела его собеседница, уже никого не было, хотя мужчина не слышал ни шагов, ни скрипа двери, словно девушка растворилась в воздухе. Пьяница даже выронил осколки, в неверии смотря на это.
Через несколько дней…
Полицейские оцепили место происшествия и сейчас занимались телом мужчины, который замёрз насмерть в сугробе. Чтобы скрыть его от посторонних глаз, труп уже поместили в патологоанатомический мешок. Рядом лежала его одежда, едва припорошенная снегом.
Вокруг собралась толпа деревенских жителей, которые обсуждали случившееся и причитали из-за неосторожности погибшего пьяницы. И лишь чёрное перо, лежавшее рядом с местом происшествия на снегу, поверх мужской одежды, словно было доказательством чего-то…
А вдали под деревом стоял тёмный силуэт в мантии, который наблюдал за этим всем пустыми тёмными глазами.
— Рано или поздно судьба всё равно настигнет каждого. Благодарить ты должен был то, что спасло тебя тогда, и ценить дарованное время. Теперь же пришло время платить цену… — проговорил тихий голос, а затем раздался звук взмаха крыльев, и в следующий миг под деревом уже никого не было…
Конец