- Что-то случилось, – Полина растерянно опуская ладонь с мобильником, повернулась к Маше.
- В каком смысле? - несколько испуганно уставилась на нее подруга, - я пять минут назад говорила с Сержем, он не….
- Рома отклонил мой звонок, - упавшим голосом пояснила Рябинина.
- Может быть, он за рулем? – неуверенно предположила Маша, в глубине души испытав острое чувство дежавю.
- Ты же понимаешь, что разницы нет, – девушка отступила назад и тяжело опустилась на диван, –он всегда берет трубку, когда я звоню.... Просто он... он обо всем узнал, Маш.
- Не может быть, - Ольшанская попыталась отмахнуться от коварных воспоминаний, - откуда ему могло стать это известно?
- Мало ли есть способов разрушить чужую жизнь, - горько усмехнулась Поля, - я чувствую, что правда открылась. И этого он мне не простит.
- Но ведь ты же прощала? - присев рядом, Мария обняла подругу за плечи, - вам нужно поговорить, объясниться.
- Этого нельзя объяснить, – в отчаянии прошептала Полина, – мужчина подобного принять не способен, ты лучше всех это понимаешь. Впрочем, я обязана ему рассказать все как есть. Поеду в офис, немедленно!
- Полин, подожди, успокойся, - Ольшанская удержала девушку за запястье, - я не думаю, что нужно посвящать в свои личные проблемы работников "Дара Солнца". Это не лучшее место для откровений. Особенно учитывая присутствие Одинцовой. Благоразумнее оставаться здесь. Вечером Рома обязательно приедет и вы спокойно поговорите, с глазу на глаз.
- Он не приедет, - мрачно качнула головой Рябинина, - но ты конечно права. Ни к чему мне принуждать его к разговору, если он не готов к нему. Едем домой.
- Может, все же имеет смысл не спешить... - вздохнув, предприняла еще одну попытку Мария.
- Не имеет, - Поля решительно поднялась с места, - я хорошо знаю Рому. Мало что теперь может иметь смысл.
Людмила вошла в столь вожделенный кабинет генерального директора и ослепительно улыбнулась Роману, знакомой, ядовито сладостной и немного холодноватой улыбкой.
- Ну наконец-то ты соизволил меня принять, – язвительно начала было женщина.
- О чем вы хотели со мной поговорить, Людмила Игоревна? – не слишком вежливо поинтересовался Роман, принуждая свой голос звучать как можно более ровно.
- Предпочитаешь по официальному протоколу? - Мила досадно усмехнулась, маскируя иронией неожиданную обиду, - дело твое, дорогой. Но как я вижу, над тобой сгущаются тучи и уже не получается выйти сухим из воды, скрыв очередную аферу?
Одинцову охватывал так несвойственный ей примитивный гнев, заставляющий нести всякую чушь, плохо подбирая слова.
- У меня есть ровно десять минут до начала совещания, я готов уделить их вам, но совершенно точно не для того, чтобы вести праздные разговоры, - льдом в голосе Рябинина можно было сейчас заморозить пламя.
- Мне кажется или ты все же забыл о цели моего визита? – Мила слегка перегнулась через стол, сокращая дистанцию между ними, – если я того захочу, ты отменишь все свои заседания и мы будем вести задушевные беседы об украденном тобой янтаре, и твоя обожаемая жена ничем не сможет тебе помочь.
- Я ничего не забыл, Мила, – Роман несколько резко поднялся с места, – кроме того, о чем ты сама просила меня - не вспоминать. А если ты еще раз попытаешься откровенничать с Полиной о прошлом или проявишь к ней, пусть и словесное, неуважение, будешь иметь дело отнюдь не с деловым человеком, соблюдающим этикет, а с тем, кто защищает свою семью любыми удобными способами. В данный момент тебе лучше побеспокоиться о своей незапятнанной репутации, а не о моей скромной персоне.
На секунду вспыхнувшие в глазах Рябинина огненные молнии ошарашили Милу, но через минуту они исчезли, оставляя лишь холодную безразличную темноту.
- А вам, господин Рябинин, стоит прислушиваться к своему таинственному партнеру, столь кстати возникшему на горизонте? Особенно в плане грозящих провалом эмоций, - спокойно парировала женщина.