Рябинина быстро кивнула.
-Хорошо, давайте обсудим ключевые моменты: для всех непосвященных я ваш новый партнер, именно со мной вы заключили последнюю сделку в Янтарном. Иными словами, я покупатель той самой всех интересующей партии. - Серж замолчал, ожидая неизбежных вопросов.
-То есть вы хотите сделать это сами?- несколько неуверенно уточнил Дима.
-На данный момент у нас нет другого выхода. Я не могу кому бы то ни было доверить решать вопросы с Беррингтоном. Он должен приехать со дня на день, - спокойно пояснил Паладин.
-Пока он не подтвердил своего приезда, – возразил Дима, которого предстоящий аудит тревожил все сильнее.
-Подтвердит. Это всего лишь вопрос времени, - уверенно отозвался Серж, - так что нашу рокировку я буду проводить сам. К тому же так мне будет легче - держать в поле зрения консула и наладить контакты с Феликсом. А по сему, нам желательно перейти на ты и производить впечатление добрых хороших знакомых. Мила не должна усомниться в доверительности наших партнерских отношений.
-Сергей, – вдруг напряженно спросила Полина, – нам действительно нужно продолжать сотрудничать с этим человеком?
-К сожалению, да, - кивнул Савицкий, моментально почувствовав ее страх и растерянность, - нам некем его заменить. Другой такой колоритной фигуры на этом поприще сейчас попросту нет. Но об этом потом, давайте уладим вопросы с налоговой службой.
-Да, да, пойдемте, я представлю вас Одинцовой, – Полина заставила себя произнести эту фамилию спокойно, однако от Димы не ускользнула легкая дрожь в голосе девушки.
-Я могу сделать это сам – предложил Луганский.
-Нет, – она отрицательно покачала головой, – я справлюсь, тем более, что это моя прямая обязанность.
Людмила все больше теряла терпение и почти приняла решение - отправиться на поиски руководящих лиц «Дара солнца» самой, когда дверь резко распахнулась. Повеяло запахом модного мужского парфюма, вслед за ним в кабинет обманчиво легкой расслабленной походкой вошел, пожалуй, один из самых красивых мужчин, которых ей когда либо приходилось встречать. Перед собой он галантно провел очевидно взволнованную Рябинину.
-Здравствуйте, – буднично улыбнулся незнакомец, окидывая ее пристально испытующим взором, в котором сквозила ленивая настороженность.
-Добрый день, – отозвалась Мила, стараясь унять странное волнение в голосе.
-Прошу прощения за задержку, я выехал из филиала как только мне вчера позвонил Роман. Представишь нас, – мягко напомнил он своей спутнице.
-Да, разумеется, извините, – в свою очередь улыбнулась девушка, от всей души понадеявшись, что за внешней невозмутимостью Одинцова не заметит охвативший все ее существо страх, – Людмила Игоревна, это наш партнер - Савицкий Сергей Константинович, он может вполне детально ответить на все ваши вопросы касательно состоявшихся в прошлом квартале сделок с комбинатом.
-Признаться, я почти перестала рассчитывать, что услышу по данному вопросу хоть какое-то внятное пояснение. Не говоря уже о по меньшей мере странном поведении генерального директора, вознамерившегося меня избегать, – Одинцова со всей вероятностью преодолела недавнее волнение и готовилась держать серьезную оборону.
Серж выразительно приподнял бровь, внезапно улыбнувшись такой очаровательной улыбкой, что у Полины на секунду отлегло от сердца. На Савицкого можно было положиться, Рома оказался прав. Но в то же время она не могла вполне ему доверять, не могла доверять вообще никому.
Человек, стоявший за покушениями, тоже был осведомлен обо всем, имел доступ к любой информации и принимал быстрые безжалостные решения. Разве на эту роль не подходил Паладин? Разве она не имела возможности наблюдать: как быстро он переключался от состояния холодной собранности к расчетливо дерзкому обаянию? Рассеянно взглянув на Сергея, Полина отогнала поток навязчивых подозрений. В конце концов, Рома рассказал о случае с парашютом, а на идиота, способного так бездумно поставить под угрозу собственную жизнь, Серж точно не походил. Паладин ... защитник, оставалось надеяться, что он сумеет исполнить свое предназначение.
-Ну что ж, присядем и прольем свет на все ваши сомнения,— он сделал особое ударение на слове свет, взглянув на Одинцову подчеркнуто вежливо.
Только эта учтивая ирония едва ли могла обмануть Милу, она, в отличие от крайне обеспокоенной Полины, абсолютно точно сознавала, что придется искать другие козыри. Эта партия останется за мужчиной, неотразимость которого портила лишь морозная, словно острие кинжала, сталь серо-зеленых глаз. Взор Рябинина, даже в моменты отчаянной злости, не бывал таким беспощадным.