- Кажется, у тебя возникли проблемы, дорогой, – с притворным сочувствием поинтересовался Туманов, – насколько я знаю: Беррингтон приверженец традиций, ваши взаимоотношения с супругой покажутся ему, мягко говоря, странными.
Полина затаила дыхание, ответ на данный вопрос волновал ее больше всего прочего. Ей было противно и стыдно, но вчера вечером она встретила в супермаркете Антона, естественно, первым желанием девушки было любой ценой избежать общения с предателем и обманщиком. Он шантажировал ее и пытался разрушить едва обретенную семью. Но, к сожалению, ускользнуть не удалось, Антон излил на нее так долго копившейся яд, среди прочего явного бреда, последние слова негодяя запали в душу, отравляя ее сомнениями. Ей казалось, она все еще слышит надменный злобный голос:"Ты наивно считаешь, что можешь реально интересовать своего распутного мужа? Ошибаешься, он выбрал тебя лишь с одной целью, ему нужен Беррингтон, как только англичанин подпишет желанный контракт, от любви твоего благоверного не останется и следа. Он преспокойно вернется к обычным занятиям: то бишь выпивке, картам и женщинам. Ты просто проходной этап, средство для достижения цели. И можешь сколько угодно тешить себя иллюзиями о неземной страсти, все это существует лишь в твоих мечтах. Пойми наконец: он не любил тебя тогда, не любит и сейчас. Изменял тебе с каждой встречной и продолжает это делать. Справедливости ради замечу, что с его внешностью это вполне очевидно".
Она ушла ничего не ответив, точнее убежала. Антон знал: куда целил, и удар пришелся в самое больное место. Полина не верила, несмотря на огромную всепоглощающую любовь, она все еще не верила своему счастью. Ее муж действительно был, пожалуй, чересчур красив, а тут еще эта сорочка, будь она не ладна!
-Мои отношения с женой, Томаса не касаются, –отозвался Роман, ворвавшись в круг ее отчаянных мыслей,- Я разумеется, знаю, что он чтит понятия семейственности превыше всего. Но в данном случае это не имеет значения, я не позволю ни ему, никому бы то ни было другому вмешиваться в то, что касается только нас двоих.
-А ты уверен, что вы существуете? – иронично продолжил Всеволод Григорьевич, – мне кажется, несмотря на каторжные усилия, снискать расположение очаровательной супруги тебе, увы, не удалось.
-Извини, дядя, но тебя это тоже не касается,- в глубине души Рома начинал опасаться, что нахальный родственник прав.
А Полина внезапно ощутила себя полной дурой, она поддалась на провокацию так легко, словно была трехлетним ребенком. Разумеется Антон лгал, что касается рубашки, это она выяснит у мужа потом, а сейчас стоит поставить зарвавшегося дядюшку на место.
Войдя в гостиную легким, обманчиво расслабленным шагом, девушка медленно приблизилась к сидящему на диване супругу, больше она не станет притворяться.
-Торт просто восхитителен, спасибо, родной.
Только вот Рябинин больше не знал: как правильно на все это реагировать , подобная смена настроений выбила молодого человека из колеи.
-Я рад, что тебе нравится, – улыбнувшись отозвался он, но улыбка была полна лишь грусти.
И эту грусть она вызвала сама, внезапно Полина вспомнила просьбу, которую услышала буквально пару дней назад так явственно, что родной голос будто прозвучал вновь: «Ты моя жизнь, все что у меня есть, я прошу тебя только об одном: верь мне, в той ситуации что сейчас вокруг нас, может случится все что угодно. Обещай мне, что будешь мне верить». Она пообещала и тут же нарушила слово. Полина встала , потянув мужа за руку.