, как оказалась на земле, она лишь почувствовала сильный удар спиной об камни, а затем невыносимую боль в лодыжке одной из ног. При этом девушка продолжала удерживать свою лошадь за поводья, словно боялась, что если она сейчас её отпустит, то упадёт куда-нибудь в пропасть. Дэвид, ставший свидетелем этого ужасного падения, почти на ходу спрыгнул со своего жеребца и, подскочив к Луизе, принялся разжимать её пальцы, намертво вцепившиеся в поводья. Прежде всего молодой человек опасался, что лошадь, поддавшись панике и пытаясь освободиться, может раздавить девушку копытами. - Миледи, разожмите пальцы! Разожмите пальцы, миледи! - кричал, умолял Дэвид. Но, похоже, что Луиза, словно оглушённая, не слышала его. Она только чувствовала, что кто-то выдирает из её рук ремни, и, поддавшись этой чужой воле, наконец разомкнула ладони. - Уйди, проклятая, - с силой оттолкнул молодой человек от девушки виноватую кобылу, вздумавшей убедиться в том, что всадницу, которую она сбросила с себя, осталась в живых. Затем Дэвид, наклонившись над Луизой, принялся спрашивать у неё, всё ли с ней в порядке. - Нога, нога, - только и смогла пролепетать девушка, морщась от невыносимой боли. Дэвид тут же, не раздумывая, задрал порванный подол платья Луизы и принялся осматривать ноги девушки. Но ничего, кроме ушибов и царапин, он не обнаружил. - Похоже, ничего страшного, - выдохнул с облегчением молодой человек. - Пошевелите ступнями. Хорошо вы их чувствуете? Луиза попыталась шевельнуть ногами, но тут же вскрикнула от боли. - Правая нога, кажется, она сломана, - пожаловалась девушка, указав на лодыжку. Дэвид ещё раз более внимательно осмотрел ногу Луизы, но было видно, что конечность цела. - Навряд ли у вас перелом. Скорее всего, это просто вывих или растяжение, - попытался успокоить девушку молодой человек. - Больше нигде не болит? - Спина, я ударилась ею об камни. - Если вы чувствуете ноги, то ничего страшного. Вы сможете подняться? - Я попробую, - мужественно ответила Луиза и, вцепившись в молодого человека, который поддерживал её за предплечья, она попыталась встать. С большим трудом девушка поднялась с земли, однако опираться она могла только на одну ногу, вторую ей приходилось держать на весу, так как при попытке выпрямить её, Луиза чувствовала острую боль в лодыжке. - Я не смогу ступить и шага, - сказала девушка, покачав головой, и на её глазах навернулись слёзы. - Мне лучше снова сесть. - Я сейчас что-нибудь придумаю, - проговорил молодой человек, продолжая удерживать Луизу. И он принялся оглядываться, словно здесь, на этом отдалённом безлюдном утёсе мог кто-то появиться. Но, разумеется, Дэвид никого не увидел. Однако в его поле зрения попали лошади. - Вы сможете сесть в седло? - спросил он. - Не знаю, наверное, - пролепетала девушка. Дэвид осторожно опустил Луизу вновь на камни и подошёл к лошади девушки. Однако, когда он подвёл её к Луизе и попытался усадить её в седло, девушка опять застонала, так как малейшее движение правой ногой причиняло ей сильнейшую боль. - Нет, я не смогу, не смогу, - виновато лепетала девушка сквозь слёзы и корчась от боли. - Нога горит, словно опущенная в кипяток. Мне нужно передохнуть. Отпустите меня вновь на землю, - попросила Луиза, при этом крепко держась за молодого человека, так же как несколько минут назад она удерживала подле себя за поводья лошадь. - Нам нужно добраться хотя бы до дороги, оставаться здесь нет смысла, - сказал Дэвид и, осторожно подхватив девушку на руки, направился в сторону просёлочной дороги, пролегавшей в сотне футах от них. Тем временем кобыла, сбросившая всадницу, увидев, что люди собираются уходить, понуро последовала за ними, так как ей нечего было делать в местности, где среди камней она едва ли найдёт и пару травинок. И вскоре следом за ней потянулся и жеребец Дэвида. Так они и шли гуськом друг за другом и вскоре вышли к дороге. Дэвид огляделся, надеясь увидеть хоть кого-нибудь, а ещё лучше конную повозку, которая смогла бы довезти их до Брайтона. Но пейзаж был пуст, и молодой человек с девушкой на руках поплёлся дальше в сторону города. Луиза, поначалу безучастно относившаяся ко всему, что происходит, так как боль в ноге затмевала всё, и одновременно внутренне успокоенная присутствием Дэвида, не бросавшего её, тем не менее вскоре стала замечать, что пот градом так и катиться с секретаря, стекая вниз по шее и затекая за ворот его влажной сорочки. Девушка подняла глаза на молодого человека и увидела его раскрасневшееся, натуженное лицо. Было видно, что нести её на руках требовало от него больших усилий. И Луизе стало жалко его. - Постойте, остановитесь. Вам следует передохнуть, - сказала она. - Может, будет всё-таки лучше, если мы останемся здесь. Ведь рано или поздно кто-нибудь обязательно проявится на этой на дороге. - Но нам наверняка придётся ждать до вечера, ведь вряд ли кто-нибудь в такую духоту решится совершить поездку, - возразил Дэвид. - Тогда оставьте меня здесь и поезжайте в Брайтон. - Как, оставить вас здесь, одну?! - Ну и что же? - с деланной беззаботностью пожала плечами девушка. - Худшее, что могло со мной произойти, уже произошло. Что ещё со мной может приключиться? Будет хуже, если нам и вправду придётся ждать здесь до самого вечера. Но, может статься, пока вы будете ехать до Брайтона, кто-нибудь появится на дороге, и я смогу привлечь внимание путника. Дэвид внимательно посмотрел на девушку: уверена ли она в своих словах? Но Луизе удалось взять себя в руки и притвориться, что её совершенно не беспокоит то, что ей придётся остаться одной (хотя на самом деле ей вовсе этого не хотелось). И молодой человек направился к самому раскидистому дереву, чтобы его густая тень оберегала миледи от палящих лучей солнца всё то время, что ей придётся провести здесь. - Это я во всём виноват, - сокрушённо произнёс Дэвид, усадив девушку под деревом. - Я изначально видел, что милорду подсунули самых дрянных лошадей, которых только можно было отыскать в Брайтоне, и не настоял, чтобы их заменили на других. - Нет, не корите себя понапрасну. Это целиком только моя вина, - принялась уверять его девушка. - Это я, несмотря на ваше предупреждение, погнала лошадь. Однако, прошу вас, не мешкаете, поезжайте в Брайтон, - сказала она, развязывая ленты своей шляпки, давно уже съехавшей на её затылок. - Да, конечно, я постараюсь вернуться как можно скорее. И, поймав лошадей, и не думавших убегать куда-то, он, сев в седло своего жеребца, а кобылу Луизы удерживая за повод, что есть мочи помчался в сторону Брайтона. Спустя полчаса девушка уже лежала в своей постели, терпя боль в ноге и ожидая визита доктора.