носиться лишь как к капиталу, с которого она должна будет когда-нибудь получить дивиденды. Поэтому девушка не хуже матушки видела все те выгоды, что сулило ей замужество со столь знатным и богатым человеком, как лорд Уилдсорд. Ей даже не нужно было объяснять всё это. Что же касалось её будущего, то Луиза старалась далеко в него не заглядывать. Пока что она наверняка знала только одно: наконец-то покончено с бесконечными разъездами по гостям и балам, ей больше не нужно фальшиво улыбаться всем подряд, без конца танцевать и играть на пианино - её наконец-то оставляют в покое. Приходит конец и их унизительной бедности, будут оплачены все долги, которые росли с каждым днём, словно снежный ком. А ведь в эти долги матушка залезала из-за неё, Луизы. Все эти учителя, портнихи, шившие ей платья, обходились очень недёшево. Да, девушке придётся принести в жертву своё личное счастье и отказаться от мысли, что она сможет когда-нибудь кого-нибудь полюбить. Однако мысль о том, что теперь она станет миледи и хозяйкой прекрасного имения в Суррее, служила ей прекрасным утешением. Однако, несмотря на то, что согласие на брак с лордом Уилдсордом давно уже было получено от её дочери, мадам д'Этрэ всё же не спешила обрадовать этой доброй вестью жениха. Ей не хотелось выставлять себя и Луизу таким образом, словно они хватаются за него, лорда Уилдсорда, как утопающие за соломинку. Нет, пусть он думает, что Луиза достаточно ценит себя и не спешит давать согласие на брак с первым, кто предложит ей это. Пусть эти несколько дней лорд Уилдсорд помучается ожиданием, так же как до этого целый месяц мучилась мадам д'Этрэ, гадая, решится ли всё же его милость сделать предложение её дочери или нет. И только спустя три дня она посла ему ответ: её дочь согласна принять предложение их милости. На следующий же день жених посетил д'Этрэ с визитом, преподнеся невесте огромную корзину роз и футляр с бриллиантовым колье. Осталось лишь оговорить моменты подготовки к свадьбе. Решено было не тянуть, ведь все понимали что, чем быстрее это произойдёт, тем лучше будет для всех. Поэтому дату назначили через месяц, в начале июня. Надо ли говорить, что лорд Уилдсорд оплатил все долги д'Этрэ. А также, как и обещал, все расходы, связанные с подготовкой к свадьбе, взял на себя, в том числе и пошив подвенечного платья для невесты. Он пригласил к д'Этрэ одну из лучших портних Лондона, наказав ей сшить самое красивое платье. Далее с лордом Уилдсордом виделась только мадам д'Этрэ. Один раз она посетила Брайтвуд-холл, чтобы собственными глазами увидеть дом, в котором предстояло жить её дочери. И она вернулась из этой поездки в Суррей, полная восторга. "Этот Брайтвуд-холл просто само очарование, - делилась впечатлением мадам д'Этрэ. - Конечно, ему не сравниться с блеском наших замков. Но всё же Брайтвуд-холл лучше всех те английских замков, что я видела. Он не такой старый, совсем немрачный, и у него есть даже парк, разбитый на французский манер. Что тоже очень редко встретишь в Британии. Не понимаю, откуда у англичан эта страсть к дикой природе. Её и так полно повсюду. Почему бы не разбить возле дома клумбы - это ведь так элегантно". С тех пор, как мадам д'Этрэ отвесила столько комплиментов Брайтвуд-холлу, Луизе самой не терпелось увидеть его. И вот теперь ей осталось подождать совсем немного, и вскоре она увидит свой новый дом, воспетый её матушкой. И вот наконец вдалеке, над верхушками деревьев показалась покатая крыша большого дома. Должно быть, это и был Брайтвуд-холл, и девушка вопрошающе посмотрела на мужа, чтобы он подтвердил её догадку. - Добро пожаловать в ваш дом, в Брайтвуд-холл, - сказал мужчина, ласково улыбнувшись. И в этой улыбке было столько доброты, что Луизе показалось, что это улыбнулся ей её отец. Да, она знала, именно так он и улыбнулся бы, отдав свою дочь под венец и будучи уверен, что она будет счастлива. И поэтому девушка невольно улыбнулась в ответ так же ласково, и впервые за всё то время, что она была знакома с лордом Уилдсордом. Но вот наконец, когда карета проехала небольшую рощу, впереди показались два столба с гербами, обозначавшие границы имения лорда Уилдсорда. Минув столбы, карета въехала в парк, который как будто поначалу являлся продолжением рощи, оставленной ими позади. Но далее Луиза увидела подстриженные кусты, разбитые клумбы с обширными кустами цветущих роз всех цветов и оттенков, мраморные статуи. А перед всем этим высился дом, выстроенный в стиле барокко. Хвалы мадам д'Этрэ не оказались преувеличенными - дом был великолепен. Кто-то из прислуги, завидев приближающийся свадебный кортеж, бросился в дом. И поэтому, когда кареты, шурша колёсами по гравийной дорожке, подъехали к парадной лестнице, вся прислуга в парадных одеждах, выстроившись в ряд, уже стояла на ступенях лестницы, чтобы поприветствовать молодожёнов. Лорд Уилдсорд, взяв свою супругу под руку, подвёл её к лестнице. Мужчины тут же склонились в поклоне, а женщины присели в глубоком реверансе, приветствуя новую хозяйку дома. Несколько волнуясь, Луиза, опираясь на руку мужа, принялась подниматься по лестнице, отвечая прислуге приветливой улыбкой: она будет доброй госпожой и с первых минут ей хотелось показать это. Поравнявшись с дворецким, лорд Уилдсорд вдруг, нагнувшись к его уху, спросил у него полушёпотом: - Эдвардс, а где Дэвид? Но мужчина в ответ лишь растеряно пожал плечами. - Впрочем, да, что ему делать среди прислуги, - пробормотал себе под нос лорд Уилдсорд. Когда супруги вошли в дом, лорд Уилдсорд отвёл девушку на второй этаж, где показал её комнаты, чтобы она могла немного передохнуть с дороги и подготовиться к приёму гостей, которые совсем скоро начнут съезжаться в Брайтвуд-холл. Когда девушка вошла в свою комнату, то ахнула от восхищения. Во-первых, ей показалось, что вся комната была залита солнечным светом, такой она была светлой. Во-вторых, на резном столике у окна в огромной вазе стоял роскошный букет белых, с оттенком слоновой кости, роз. А ещё в углу стоял манекен с жемчужно-голубоватым платьем, в котором Луизе, должно быть, предстояло предстать сегодня вечером перед гостями. Девушка принялась прохаживаться по комнате, чтобы более внимательно рассмотреть её интерьер. Стены комнаты оказались обитыми розовыми с золотом обоями, шпалеры выкрашены жёлтой краской. Мебель выделана из светлой древесины, а её металлические части были позолочены. Оттого комната и казалось такой светлой - настоящая девичья комната. И было совершенно очевидно, что её совсем недавно обновили. Спустя пару минут в комнату постучались, и вошла молоденькая девушка. - Добрый день, миледи, - поприветствовала та свою госпожу, сделав книксен. - Меня зовут Кэти Питерс, я ваша камеристка. С этой минуты я в вашем полном распоряжении. - А я Луиза. Я в этом доме пока ещё никого не знаю, поэтому надеюсь, что мы с тобой подружимся, - сказала леди Уилдсорд, обрадовавшись тому, что её горничная - совсем молоденькая девушка, и они, должно быть, быстро найдут общий язык. - О, несомненно, миледи, я тоже на это надеюсь! - воскликнула служанка, польщённая тем, что госпожа предлагает ей свою дружбу. - Мне кажется, что мы с тобой ровесницы. Сколько тебе лет? - Восемнадцать, миледи. - А мне семнадцать. Видишь, я даже младше тебя. - Милорд поручил мне показать вам дом и помочь подготовиться к приёму, - торжественно объявила Кэти, гордясь той ответственной миссией, которая была возложена на неё. - Конечно же, Кэти. Но пока что мне хотелось бы умыться - дорога была такой пыльной. После того, как леди Луиза умылась, Кэти подошла к манекену с платьем. - Милорд сказал, что это платье вы наденете на сегодняшний бал. Луиза тоже подошла к манекену, чтобы наконец рассмотреть платье. Оно было из муслина, с золотой вышивкой по краям. Через плечи манекена была перекинута лазурная шаль, настоящая кашемировая шаль, а не та подделка, которая была до сих пор у девушки. - Правда, оно очень красивое? - восхищённо проговорила Кэти, рассматривая его. - Да, оно великолепно, - подтвердила девушка. - А ещё к нему полагаются вот эти митенки, - и служанка достала из ящика комода кружевные перчатки. - Надеюсь, что платье подойдёт мне. - Должно подойти, ведь его шили по тем же меркам, что и ваше подвенечное, - пояснила Кэти. - Но открою вам маленькую тайну: это платье не единственное. Милорд заказал сшить для вас ещё несколько платьев. Все они здесь, - и девушка указала на гардероб, - вы потом сможете их все посмотреть. Ах да, я вспомнила, милорд говорил мне ещё, что к этому платью вы должны надеть то бриллиантовое колье, которое он подарил вам во время помолвки. - Ах, колье. Оно в сундуке, который приехал сегодня вместе со мной. - Так надо распорядиться, чтобы сундук немедленно доставили вам сюда. Прикажите, миледи. - Конечно, Кэти, пусть принесут. Служанка выбежала, чтобы отдать распоряжение, а вскоре вернувшись, принялась щебетать без остановки, так как ей не терпелось поделиться своими впечатлениями. - Мы все так ждали этого дня, то есть свадьбы, с огромным нетерпением! Нам всем очень хотелось взглянуть на нашу новую госпожу. Хотя, по правде сказать, когда месяц назад миссис Мэйсон, эта наша экономка, сообщила нам, что лорд Рэндольф решил наконец жениться, мы были все так ошеломлены! Ведь его милость долгие годы оставался вдовцом. И мы уж думали, что он никогда не женится вновь. Но ведь негоже оставлять такое поместье без наследников. Млад