– Уверен. Это подстраховка. Наследить наследили и наследим ещё немного. Если сейчас не заберем, потом будет поздно. После такого погрома Вологодский уже не будет считать свой дом непреступной крепостью, вышлет её ближайшим рейсом, и ищи свищи.
– Я тебя понял. Завтра Серёга привезёт болгарку. К вечеру вскроем. Посмотрим, что Рустам наобещал.
Я силюсь услышать больше, непонимание накрывает меня с головой. О чём они говорят? Но мужчины уже отходят от машины, и я слышу, как открывается багажник.
– Сюда. Опускай.
До меня доносится грохот тяжёлого металла о дно багажника. Сейф тяжёлый, и авто усаживается под его весом, меня слегка подбрасывает вверх. По пустынному двору разносится хлопок, а затем будто кто-то орудует ключом в замке.
– Твою ты. Там точно не одна бумага должна быть, – отборная ругань долетает до меня параллельно с чужим тяжёлым дыханием, и я всхлипываю на кресле, понимая, куда я вляпалась.
Они преступники. Закон им не писан. Плевать они хотели на него, если посмели вот так ворваться и ограбить дом Владимира Вологодского. Зачем им понадобилась я, не имела ни малейшего понятия, а то что представлялось мне, с каждой новой догадкой повергало меня в ужас.
– Сиги в машине выбросите, – я отпрянула от двери авто, как мне кажется, со скоростью света, когда та резко распахнулась, и, будто вынырнув из под толщи воды, звуки ночи вместе с холодным ноябрьским ветром, запахом сосновых иголок и осенней листвы снова ворвались в нагретый салон.
Глава 3
Почти одновременно с Кириллом, водительское и пассажирское место заняли неизвестный мне парень и Стас. Рядом сел Олег. Я была зажата между мужчинами, и, от недостатка места, их ноги неприятно касались меня.
Кирилл тянется через меня, пристёгивает ремень, и широкая чёрная лента, словно удавка в моменте сдавливает моё тело, выбивает остатки кислорода из лёгких. Я силюсь отстегнуть его, но замок, будто не признавая во мне владельца авто, не слушается.
– Выпустите меня, – я шиплю, сквозь заложенное рыданиями горло, невидящим взглядом смотрю на мужчину.
Картинка смазана, на глазах непросыхающая пелена слез. Я напряжённо слежу за ним, когда мужчина подаётся вперёд, что-то говорит водителю, и я улавливаю в движениях что-то незримое, но отдалённо знакомое.
Чувство дежавю проскальзывает мимо меня, я не успеваю ухватиться за него, связать с каким-то воспоминанием, да и это сейчас не важно. Я сжимаю губы, переставая кричать. Нужно разговаривать с ними. Узнать как можно больше информации. Того что поможет выбраться отсюда. Сообщить папе, где я.
Как бы ни было сложно, отец учил вести себя достойно.
Дракой я ничего не добьюсь.
Мужчины, даже один он, в разы превосходили меня по силе. Да что сравнивать, я была уверена - учитывая телосложение Кирилла, он очень сильно сдерживался, вытаскивая меня из дома.
Я надеялась, что хотя бы камеры, расставленные по всему периметру особняка запишут происходящее, зафиксируют их лица, чтобы помочь папе отыскать меня быстрее, но воспоминание сегодняшнего вечера болезненно прострелило виски.
Свет выключался на несколько минут. Они отключили охранную систему.
Я закусила губу, едва не завывая от безысходности. Двигатель авто уже давно был заведён, а драгоценное время, за которое я могла предпринять ещё десять попыток сбежать потрачено мной впустую. Я не представляла, что мне делать, и как выбираться из этой западни. Отец не поможет мне. Не придёт.
Слезы с новой силой брызнули из глаз. Страх за свою жизнь, кутал в свои морозные объятия. Я судорожно вздохнула, меня потряхивало и колотило от нервов. Я откинула голову на кресле и уловила движение рядом.
Мужчина смотрел на меня.
– Эй. Ш-ш, успокойся. Андрюха, поехали. Времени нет.
Я зарыдала пуще прежнего, стоило двигателю зарычать, а авто сдвинуться с места, выезжая вслед за огромным чёрным внедорожником.
– Яся, – я уловила обеспокоенный взгляд в свете мелькающих за окном фонарей. Настолько, насколько позволяла разглядеть пелена слёз перед глазами.
– М-да, Кирюха. Перебор, – голос донёсся водительского сидения.
Мужчина с минуту слишком внимательно всматривался в моё лицо, и я отвела взгляд к потолку, пытаясь сдержать рыдания.
– Дай воды.
Откуда-то спереди из темноты вынырнула рука, передавая Кириллу пол литровую бутылку. Он открыл крышку, расплескивая содержимое на резком повороте, но упрямо поднёс бутылку к моему рту.
– Пей. Давай.
Я отпихнула воду шлепком по чужой руке. Бутылка упала куда-то к ногам, закатилась под водительское кресло. Я задыхалась от рвущих грудь рыданий, судорожно оглядываясь по сторонам, пытаясь разглядеть хоть что-то за окнами, но кроме безликих огней фонарей ничего не видела.