Это конец. Я проиграла. Мы оба это понимаем. У меня был шанс, и я воспользовалась им неправильно. Под тяжестью чужого взгляда, на ватных ногах, медленно оступаю. Резкими движениями можно спровоцировать, а я этого не хочу. Чувствую себя загнанным кроликом. Впереди разъяренный хищник, сзади только бескрайнее поле, деревьев почти нет, здесь не спрячешься.
Секунда. Две. Я разворачиваюсь и бросаюсь со всех ног куда-то назад. Сухая земля залетает в кроссовки, высокая трава неприятно колет ноги. Где-то сзади слышится отборный мат, но я не слушаю, прибавляю скорости, ощущая, как силы медленно покидают меня с каждым шагом. В боку нещадно колет, лёгкие горят, а впереди виднеется только бескрайняя ночная пустыня. Мне не выбраться. Не сбежать. Он поймает меня. Сердце набатом бьется в груди, осознание безвыходности своего положения и стремительно приближающегося поражения сковывают тело, но я не останавливаюсь, бегу как можно быстрее, запинаюсь о камень, почти падаю, но тут же встаю и бегу дальше. Сзади слышится тяжёлая поступь и шорох травы.
В темноте не замечаю, как налетаю на что-то острое, щиколотку пронизывает болью, земля уходит из под ног, я валюсь на землю, скатываясь в овраг, и приземляюсь в застоявшуюся лужу. Одежда моментально промокает, впитывает в себя запах воды, мерзко липнет к телу, и грязь прилипает к рукам. Я слышу чужие голоса совсем близко. Поднимаюсь сквозь боль в конечностях, вода из лужи затекает в кроссовки. Порыв холодного ветра пронизывает до костей, заставляя поморщиться. Я сильно сжимаю челюсть, в попытке унять стук зубами.
И чувствую Взгляд.
Волосы на затылке встают дыбом. Я ощупываю пояс и выдыхаю, когда понимаю, что пистолет не выпал.
Вижу Кирилла. Темный высокий силуэт возвышается над оврагом. Чужие глаза сверкают в темноте. Мужчина стоит на краю обрыва, сжимает кулаки и смотрит прямо на меня. Пугает одним своим видом. Я, не думая, срываюсь с места, бросаюсь вперёд, карабкаюсь по сухой рыхлой земле, соскальзываю вниз. Слышу какую-то брань, голоса доносятся сверху.
Нужно выбираться отсюда.
Я скребу пальцами по земле, в мокрых ладонях та превращается в грязь, забивается под ногти. Наконец, удаётся ухватиться покрепче, но ногу простреливает острой болью, я скулю и скатываюсь обратно в лужу. Штаны окончательно промокают, в воздухе пахнет сыростью. Я не оставляю попыток выбраться наверх, цепляюсь за сухую траву, перебираю ногами, колючие растения больно царапают кожу, мне, наконец, удаётся выбраться.
Я тяжело дышу и почти встаю на ноги, но вскрикиваю, когда сзади наваливается тяжелое горячее тело.
Я дрожу, кричу, извиваюсь в чужих руках. Мужчина наваливается сверху, прижимает своим телом к влажной земле. Камни царапают мои руки, грязь прилипает к мокрому от слёз лицу, я вдыхаю пыль, поднявшуюся в воздух от нашей борьбы. Пытаюсь пнуть обидчика здоровой ногой, но тот ловко перехватывает меня за стопу, направляет ногу куда-то в сторону, и нажимает на какие-то точки. Болезненный стон срывается с губ, мышцы в ноге расслабляются, а конечность наливается неприятной тяжестью. Чувствую, что с трудом могу пошевелить ею.
Может... Может если успею... Если смогу... Если там ещё остались патроны...
Дрожащей рукой ныряю за пояс и выхватываю пистолет. Руки трясутся, но направляют тяжёлый металл прямо в чужую каменную грудь. Мокрые пальцы слетают с предохранителя. Мужчина одним точным движением выбивает оружие из рук. Секунда. Холодный металл упирается в мой лоб. Я в ужасе замираю, картинка перед глазами плывёт, но я отчётливо вижу взгляд глубоких карих глаз, направленный на меня.
– Не делай того, о чём потом пожалеешь.
Мгновения растягиваются в часы, прежде чем, мужчина убирает пистолет за пояс. Он одним рывком поднимает меня с земли, так, словно, я ничего не вешу, и я скулю, когда снова чувствую боль в ушибленной ноге. Кирилл прижимает меня к своей горячей груди, и я чувствую, как вздымается мужская грудная клетка, как бьётся чужое сердце под тонкой футболкой. Его против моего, загнанного, в страхе сжимающегося под рёбрами.
Кирилл бесцеремонно подхватывает меня на руки, заставляя обвить ноги вокруг него. Я словно в оцепенении, почти не сопротивляюсь, зная, что где-то там, у него за поясом, спрятано оружие.
Дорога обратно занимает всего пару минут. Я думала, что убежала достаточно далеко, но мужчине ничего не стоило догнать меня. Я всхлипываю и плачу в чужих руках. Без шансов.
Кирилл подходит к массивному внедорожнику, открывает дверь и опускает меня на кресло.
Грязные кроссовки в считанные секунды слетают с моих ног. Не без помощи Кирилла. Стопы неприятно обжигает от сильного трения - он даже не удосужился развязать шнурки. Я приподнимаюсь на локтях, силясь отползти от него, и вскрикиваю, когда он хватает меня за щиколотку, притягивая обратно за ноги в белых носках.