Я слабо сопротивляюсь и плачу, но в одночасье замираю, стоит жёсткому приказу мужчины звонкой пощёчиной повиснуть в салоне.
– Снимай штаны.
Дорогие читатели, не забывайте оставлять звёздочки и комментарии, если вам нравится история, чтобы её увидело как можно больше людей. Спасибо за то, что читаете!♡
Глава 7
– Ты башкой думаешь, когда оставляешь служебный ствол в машине?! С тебя спросят за тот патрон... – я слышу чужие грубые голоса, идущие с улицы, и я хочу прислушаться, понять о чём говорят незнакомцы, но это фоном, и быстро ускользает от моего внимания, когда реальность переключает меня на собственную борьбу внутри салона авто.
– Пошёл на хуй.
Шиплю и пинаю мужчину в грудь, что есть силы, когда тот тянется к ремню на моих штанах. Он мгновенно перехватывает меня за ногу, уводя ту в сторону, так что моя пятка лишь слегка мажет по чужой футболке. Я не оставляю попыток отбиться, вырваться из чужих рук, однако лёжа на спине, делать это вполную силу практически невозможно. Я пытаюсь отодвинуться, перекатиться с кресел на пол авто, усложняя Кириллу задачу, но он в один момент хватает меня, притягивая за бедра к себе. Чужие руки накрывают мои запястья, и я быстро выдыхаюсь от безрезультатной борьбы. Я делаю последнее на что хватает сил – подтягиваюсь, зубами вцепляясь в чужое запястье.
– Ясмина!
Мужчина шипит, стряхивая меня, как надоедливое насекомое, и я валюсь обратно на кресло, ударяясь затылком о кожаную обивку салона.
– Мы не поедем дальше, пока ты не переоденешься.
Я была бы рада такому развитию событий, даже если бы пришлось остаться здесь на вечно. Ехать в неизвестность со своим похитителем – меньшее, что мне сейчас хотелось сделать.
– Отвали!
– Яся.
– Не трогай меня!
– Вредная девчонка...
– Кирилл, помощь нужна? – позади мужчины показывается темноволосая макушка широкоплечего "медведя". Наши взгляды пересекаются, и я краснею, кажется, от пальцев до кончиков ушей.
– Нет! – он рявкает, не оборачиваясь, а я метаю искры злым взглядом ему за спину.
– Ага, – мужчина усмехается, глядя на мои не слишком успешные попытки уйти от чужих рук, – я понял. Ну, зови, если что.
Почему то мысль о том, что мужчина не удерживает меня в полную силу, не даёт мне покоя.
– Ты промокла, штаны все в грязи. Заболеешь. Снимай. Живо.
Мужчина наконец добирается до пряжки моего ремня, и я отпинываюсь, шлепаю по чужим рукам, но это не помогает. Кирилл стойко выдерживает все мои выпады, на корню пресекая попытки хотя бы отодвинуться.
– Иди к чёрту.
Я давлюсь воздухом и замираю в неверии, когда звонкий увесистый шлепок обрушивается на мою правую ягодицу. Мужчина, пользуясь моим замешательством, наконец, растёгивает пуговицу джинс, и мои тихие всхлипы поначалу теперь перерастают в нешуточную истерику. Он бесцеремонно сдирает с меня штаны, оставляя меня в одном нижнем белье и футболке. Я оттягиваю последнюю пытаясь прикрыться. Мокрые джинсы с налипшими на них комками грязи летят на пол авто.
Кирилл замирает надо мной, оглядывая меня с ног до головы, будто взвешивая что-то про себя и, наконец, отпускает, отходит куда-то. Я рывком поднимаюсь на сидении, ягодица горит, обивка салона неприятно липнет к влажной коже на бёдрах. Мокрые глаза продолжают слезиться, и несколько капель срываются с ресниц на мои колени. Я стараюсь подавить в себе горечь обиды и всхлипы. Хватаю свои штаны, которые Кирилл не успел убрать, пытаясь просунуть в мокрую штанину ногу, но мужчина неожиданно вырастает передо мной, вырывает одежду из рук, и вместо этого в меня летит мягкий плед.
– Прекращай.
Он бесцеремонно занимает место рядом со мной, вынуждая меня подвинуться к другому краю, и захлопывает дверь авто, окончательно отрезая меня от выхода. Судорожный вздох срывается с моих губ. В один момент из салона будто выкачали весь воздух.
– Что тебе надо?
Я вытираю мокрое от слез лицо, глядя на мужчину наверняка покрасневшими глазами. Он проходится по мне хмурым взглядом.
– Чтобы ты успокоилась и, наконец, прикрылась.
Я вспыхиваю от возмущения.
– Ты раздел меня, – я шиплю разъярённой кошкой, метая взглядом искры в мужчину.
– Я дал тебе плед.
Он не дожидается ответной реакции, забирает тонкое покрывало из моих сжатых от напряжения рук и расправляет его, попутно набрасывая мне на плечи, кутает полностью, закрывая и ноги.