– Я давно за тобой наблюдаю, Ась, – начинает разговор Инга, а я уже мыслями прокручиваю все моменты, которые могу вспомнить за два года, что работаю в салоне красоты. Неужели я где-то успела накосячить и сейчас меня ткнут мордой как нашкодившего котёнка? – Ты очень талантливый колорист. У тебя все такие работы шикарные, клиенты уходят довольными и что главное – всегда возвращаются. А девочки говорят, у тебя запись почти на месяц вперёд расписана.
– Есть такое.
– Не скромничай. Ты очень популярна и успешна, – хвалит Инга, вызывая во мне лёгкое смущение и бонусом – алый румянец на щеках. – Видно, что ты любишь свою работу, просто живёшь нею. Вот поэтому мой выбор пал на тебя.
– Выбор?
– Да. Сейчас расскажу, – сделав глубокий вдох, Инга собирается с духом. Пока что мне непонятно, о чём сейчас пойдёт речь, но уже видно, что разговор серьёзный. – Я заграницу уезжаю, Ась. На ПМЖ хочу. Продаю всю недвижимость, машину и салон красоты, как ты поняла.
– Эм-м… – не знаю, что сказать. – Новость ошеломляющая.
– Угу, из девчонок в салоне пока что ещё никто не знает. Ты первая, кому я говорю об этом, – наверное, мне должно быть лестно, что я первая узнаю о новости, но пока что у меня смятение. – Я хочу предложить тебе купить мой салон красоты. Знаю, с тобой он не придёт в упадок, а будет только расцветать. Для меня очень важно, чтобы салон жил, развивался. Он – моё детище, как маленький ребёнок, которого я создала. А в тебе я уверена, Ась. Ты потянешь.
– Эм-м… Не знаю, что сказать. Я сейчас в шоке, Инга.
– Понимаю. Такие предложения каждый день не поступают. Поэтому я не прошу твоего ответа прямо сейчас. Подумай, но только недолго. Дай мне, пожалуйста, ответ в течение недели.
– Хорошо. Я подумаю, – прячу смятение за дружелюбной улыбкой.
Разговор о покупке салона красоты больше не продолжается. Болтаем с Ингой ещё пять минут, пока я допиваю кофе. А у меня дел за гланды, ещё одна клиентка на сегодня записана – успеть бы.
***
Чувствуя в теле усталость после тяжёлого рабочего дня, едва нахожу в себе силы перебирать ногами. Вызываю такси, водителю диктую адрес родителей.
– Мамочка приехала. Сонь, иди встречать, – сообщает мама, когда я переступаю порог родительского дома.
Малышка бежит по коридору, спешит в мои объятия. Нежно обнимаю дочку обеими руками, в щёчки розовые целую.
– Соскучилась, бусинка моя, – не могу наглядеться, Соня такой красивый ребёнок. Тёмненькая, смуглая как я, с большими карими глазами. Когда вырастет, точно разобьёт не одно мужское сердце.
– И я соскучилась, мамочка. Поедем домой? – задрав голову, смотрит на меня обожающим взглядом.
– Конечно, поедем. Идём, соберём твои вещи.
– А Соня сама соберёт, она у нас дама самостоятельная, – подмигивает мама и Соня уходит в зал, собирать свой рюкзачок.
Дождавшись, когда мы останемся наедине, маме не терпится узнать последние новости. О том, что у меня сегодня было назначено судебное заседание маме хорошо известно. Она до последнего не верила, что мы со Стельмахом подали на развод, пока я не показала ей повестку в суд.
– Ну рассказывай, Ась. Как дела? Как суд прошёл? Вас развели? – выпытывает мама.
– Нет, дали три месяца на примирение.
– Слава богу, – облегчённо вздыхает. – Не зря я с самого утра молилась.
– Чего? Мам, я что-то не понимаю. Ты на чьей стороне вообще?
– На твоей, конечно же. Но ты знаешь мою позицию. Я противник разводов, тем более в твоём случае. Хорошо же жили со Львом, вот чего вам, дети, не хватало? И в достатке, и во взаимном уважении, и дочка у вас маленькая.
“Только чужой жизнью жили, мам”, – хочу добавить, но реплику оставляю лишь в мыслях.
Приблизившись к маме, почти шёпотом на ухо, что не услышала София:
– Матвей в город вернулся. Всё разрушено, мам. Развестись – было решением твоего любимого зятя.
– Что?..
Мама округляет глаза, точно не верит услышанному. А это впервые, когда я сказала про Матвея. До последнего не хотела посвящать маму в эти грязные тайны, но вышло как вышло.
– Подожди. Что значит “всё разрушено”? Это Матвей постарался?
Тяжко вздыхаю. Так не люблю говорить на эту тему – вот вообще ни с кем. Даже наедине с самой собой стараюсь не думать о прошлом, но оно постоянно преследует меня, ходит по пятам настоящей тенью. Вот так бывает: из-за одной ошибки в молодости вся жизнь наперекосяк. Я не должна была выходить замуж за Стельмаха, решение было принято спонтанно на эмоциях. Возможно, стоило быть матерью-одиночкой, ведь в этом же нет ничего плохого, да? Но теперь мне только остаётся сожалеть, ведь машины времени не существует.
– Я не хочу говорить на эту тему, прости, – виновато опускаю взгляд в пол. Но мама неугомонная, уже в меня вцепилась и теперь не отпустит.