- Твои снимки.
Дмитрий вздохнул: зачем ей это?
- Сейчас.
Он встал с тахты, принес из другой комнаты и приставил к своему письменному столу ещё один стул, достал из верхнего ящика стола какую-то стопку бумаг.
- Присаживайся, - пригласил он гостью
Марина с энтузиазмом приняла предложение. Да, если Дмитрий что-то и искал на своих заброшках, то это точно не клад.
Каждому посещенному им месту был выделен свой файл. В нем – подробный план усадьбы. Взятые из архивов чертежи «до». И собственноручно составленный план расположения останков «после».
Так же к файлам были прикреплены многочисленные фотографии, сделанные Дмитрием днём. Картинки на этих фото были далеки от антуражных снимков, обычно снимаемых на заброшках. Историк фотографировал определенные углы, пересечения, одним словом создавалось впечатление, что он ищет тот самый «перекрёсток дорог» закопав на котором крестик в полночь, можно встретить черта. Те же места были сфотографированы Дмитрием и ночью. На некоторых из них, очень нечётко, были видны белые полосы. Они были больше похожи на блик от света при дрогнувшей руке. Только Марина знала: рука Дмитрия не дрожала. Последней в каждом файле Дмитрия шла схема усадьбы, где были обозначены места данных световых аномалий. Возле каждой был помечен уровень их мощности. На этом досье «заброшки» заканчивалось.
- У каждого свои причуды, - мог сказать любой, увидевший данные «секретные материалы». Ну ищет Дмитрий Алексеевич призраков. Ну что с того?
Марина посмотрела на Дмитрия: показанные записи он не комментировал. Не говорил про то, где «потустороннее воздействие» было сильнее или же слабее. Не гнал байки про «могильный холод» и разные «животрепещущие» звуки».
Просто сел рядом за стол, сначала внимательно следил за тем, что смотрим Марина. Затем – усталость взяла верх, и мужчина запросто уснул. Так мог сделать человек уверенный, что его бумаг все равно не поймут.
Марина вздохнула. Ещё немного она продолжила изучать «досье», но через некоторое время все же вышла в коридор. Там ее встретила кажется вечно недовольная Полина Андреевна. Косо поглядев на дреды и серьгу в носу Марины, бабка буркнула:
- На кухню иди. Там каша есть. И можешь чаю себе налить.
Дмитрию снова снилось лето. Заливные поля, узенькая лента речки, шелест берёзовых листьев и тихая песнь, текущая вдоль берегов его сознания.
Тучи низко кружат над садом,
Ветер, воя, бьет в окно…
Сердце, тоскуя, плачет о прошлом,
Призрак счастья исчез давно.*
Кажется где-то давно, в прошлой жизни, он уже слышал ее. Проснулся Дмитрий в крайне дурном настроении: и почему всегда снится лето, когда вокруг поздняя осень?
Файлы с заброшками аккуратно лежали возле него на сукне стола. Марины рядом не было.
- То же мне, герой-любовник, - чертыхнулся про себя Дмитрий, - и как ты раньше умудрялся девиц обольщать?
Он вышел в коридор, а затем, на звук голоса Марины – в их небольшую с Полиной Андреевной кухню. Девушка сидела за столом, о чем-то очень мило болтая со старушкой. По крайней мере Полина Андреевна кивала и улыбалась ей, Марина тоже выглядела расслабленно и непринужденно. Над батареей стояла опара, что дало Дмитрию смекнуть, как девушка проложила путь к сердцу ворчливой старушки.
Увидев в дверях Дмитрия, Полина Андреевна вдруг встала, засветилась редким для нее лучезарным счастьем, сказала что у неё по телевизору начинается любимая передача, и срочно пора идти в свою комнату.
Проходя мимо Дмитрия, шепнула ему:
- Хорошая девушка. Не упусти ее, дурак ты бедовый.
Марина продолжила сидеть за столом с лукавой улыбкой победительницы. Когда Дмитрий подошёл к ней и занял место бабы Поли, девушка улыбнулась:
- Итак… Спасибо за фотографии твоих призраков.
- Это ерунда. Прости что заснул. Дурная привычка.
Марина помогала головой:
- Нет, сон – привычка хорошая.
Голос ее был мягким, почти нежным. Дмитрия неожиданно осенило:
- Это ты пела, пока я спал?
Девушка внезапно покраснела, чего историк от нее никак не ожидал. Чуть опустив глаза, она пробормотала:
- Напевала себе под нос. Это моя дурная привычка.
- Было очень красиво. Спасибо. Для меня давно никто не пел.
Марина подняла на него глаза. На секунду они встретились взглядом и Дмитрию снова померещилось то, о чем и думать было глупо. Он моргнул, отгоняя наваждение. Марина отчего-то слегка побледнела и спросила весьма по-деловому.
- Скажи, почему ты показал мне все эти снимки?