13. Перекрёсток
Велос и Кладос были уверены, что оторвались от погони. Теперь, когда далеко позади остался преодолённый ими пролив, злобные и мстительные лапифы уже не представляли угрозы. Двум уцелевшим кентаврам также не грозил голод; ведь они двигались не по пустыне, а по плодородным землям. Здесь имелось немало плодовых деревьев, трав и кореньев. Запас стрел к спорому луку меткого Клади и надёжное копьё старшего позволяли им успешно охотиться на диких вепрей и косуль, когда человеческая часть кентавров жаждала мяса. Но порой они предпочитали выловить блестящую свежую рыбу. Она разнообразила меню пары беглецов, когда их путь пролегал рядом с морским побережьем, рекой или озером.
Дорог и троп, проложенных людьми, становилось всё меньше. Но как-то вечером они остановились на перекрёстке трёх каменистых путей. Слева высились невысокие холмы, освещённые заходящим солнцем, справа простиралась безлесная равнина. Кентавры удивлённо рассматривали стоящую на перекрёстке статую. Они прекрасно знали, чьё изображение обозначало расходящиеся лучи трёх направлений. Однако кто же поставил здесь, вдалеке от людных поселений, столь прекрасно выполненную скульптуру Богини Тёмной Луны? Резец скульптора с невероятным мастерством выточил фигуры и лица трёх женщин, каждая из которых смотрела в свою сторону.
- Хотел бы я, чтобы эти прекрасные девы ожили, – с чувством произнёс Велос. – Ведь здесь, в этом отдалённом краю, их не охраняют могучие лапифы и их друзья, злобные убийцы кентавров.
- Не гневи богиню, Велос! – понизив голос, попросил Кладос. – Геката требует почтения и уважения.
Однако юный кентавр и сам не мог оторвать завороженных глаз от трёх мастерски исполненных женских фигур, соединённых в единое целое узкой центральной колонной. Осторожно ступая по дорожным камням, он обошёл статую по кругу. И, не удержавшись, направился в обратную сторону, внимательно разглядывая каменные лица, которые находились лишь немного ниже его высоко посаженной кудрявой головы.
- Смотри, как бы у тебя не началось головокружение! – не удержался от смеха Велос.
Он сложил руки на груди и внимательно следил за действиями своего молодого товарища.
- Они разные, – взволнованно произнёс Кладос и кивнул на одну из фигур: – Вот эта самая старшая.
- Не придумывай, – возразил Велос. Однако он приблизился и более внимательно взглянул на статую.
Клади был прав. Лицо женщины не было юным, в нём читалась усталость прожитых лет.
- Наверное, она указывает самый тяжёлый путь, – предположил старший кентавр. – Ищи ту, что помоложе.
- Но, если не ошибаюсь, самая молодая из трёх смотрит туда, откуда мы пришли.
- Да, так и есть, – подтвердил Велос. – Что же сулит нам Геката, какой путь она готова для нас осветить?
- Я бы задобрил богиню жертвоприношением, – задумчиво произнёс младший. – Как думаешь, возьмёт ли она в качестве дара плоды, которые наверняка можно найти в ближайшей роще?
- Лучшая жертва Гекате – молодой чёрный щенок, – промолвил Велос. – Но где мы найдём такого в краю, где нет селений, а лишь одинокая статуя Трёхликой на распутье?
И словно в ответ на его слова со стороны ближайшего холма, заросшего тёрном и шиповником, раздался заливистый собачий лай. Кентавры с тревогой прислушались. Кто же охотится здесь, в этом пустынном краю?
- Боги посылают нам знак, – решил Кладос. – Я посмотрю, что там происходит.
С этими словами молодой кентавр быстро поскакал к зарослям, откуда слышался то умолкающий, то возобновляющийся лай. Вскоре на небольшой полянке он обнаружил небольшое стадо овец, охраняемое крупной и лохматой чёрной собакой. Пастуха нигде не было видно, и у Кладоса возникло предположение, что здесь имело место колдовство. Уж не сама ли Геката, вещая колдунья, приняла облик чёрного зверя и пасёт волшебных животных в этих отдалённых краях? Собака тихо зарычала, наблюдая за осторожно приблизившимся кентавром. Услышав встревоженное ворчание матери, из кустов показался любопытный чёрный щенок, смешной и по-детски неуклюжий. И молодой кентавр, желавший принести жертву покровительнице путешественников, не мог оторвать глаз от милого собачьего детёныша, который обещал вырасти в крепкого пса под стать своей крупной и сильной матери. Собака перестала рычать, изучая пристальным взглядом высящегося рядом кентавра. И Кладосу показалось, что животное разгадало его планы, но не решается встать на защиту своего дитя, предназначенного в жертву Гекате.