Теперь Андрей не сомневался, что два трупа в заброшенном здании, которые он сумел обнаружить, – дело рук этой тощей инфернальной твари. Чёрный призрак заметался – то ли сразу бросаться на обезоружившего его врага, то ли сначала найти отброшенное в схватке оружие. Будь Коломейцев в лучшей форме и в более выгодной позиции, он бы отважился сходу принять бой, не давая противнику опомниться. Но вместо этого он грузно обрушился вниз. И только по счастливой случайности не покалечился в месиве битого кирпича, арматуры и проросших сквозь мусор острых древесных побегов. Андрей с трудом поднялся на ноги, не отрывая настороженного взгляда от зияющего проёма, из которого выпал.
- Эй, тварь! – глухо произнёс он, обращаясь к невидимому существу, прячущемуся в могильном сумраке заброшки. В одной руке Коломейцева уже был тяжёлый кирпич, а в другой – кусок найденной под ногами доски. – За ребят ответишь. Это тебе так не сойдёт.
Ответом ему была тишина. Немного подождав, Андрей двинулся прочь. Сначала он обдумывал, не стоит ли ему обогнуть здание и проникнуть внутрь обычным путём. Но при таком раскладе у прячущегося внутри убийцы будет преимущество. Да и стаю бодрствующих этой безлунной ночью собак не стоило сбрасывать со счетов.
Чем дальше продвигался Андрей по замусоренной территории, тем меньше ему хотелось возвращаться в покинутый ужасный дом. Чёрт с ним, с этим призраком! Надо уносить ноги, пока никто не нашёл трупы и не вызвал полицию. Слева темнели ряды заброшенных стен и перекрытий. Когда-то здесь наверняка строились, но так и не вступили в строй ремонтные мастерские и гаражи несостоявшегося троллейбусного парка. Но внимание Коломейцева было сосредоточено на здании справа, которое он только что покинул и откуда за ним наверняка наблюдал убийца. И здесь он просчитался. Тот, кто нанёс ему удар, находился слева. И, теряя сознание от невероятной боли, обрушившейся на его похмельную голову, он успел услышать короткий и низкий удовлетворённый смешок. Ему показалось, что смеялась женщина.
17. Эмпуса
Оба кентавра прекрасно понимали, что близится новая Ночь Тёмной Луны. И это означало, что силы Гекаты будут совсем близко и во всей своей мощи. И надо быть готовыми встретить удар богов, чтобы выиграть возможность дожить до следующего новолуния.
- Куда же мы спешим, Велос? – вопрошал Кладос. – Ведь время убывает, а божественная воля непреклонна. И наши дальние родственники, обитающие за высокими горами, тоже наверняка подверглись гонениям и убиты.
Старший кентавр с сочувствием рассматривал своего молодого товарища. За время бегства юный Клади заметно возмужал, но его быстрое взросление не было радостным и здоровым. В лучшие времена этот крепкий представитель двойственного племени наливался бы мужской силой и радовал родственников и друзей цветущей внешностью и добрым нравом. Но суровые испытания и мрачные перспективы наложили свой отпечаток на облик Кладоса – его приятное лицо и стройный торс сильно загорели и обветрились, а золотистые кудри приобрели несвойственный им ранее землистый оттенок. Радостная и бесхитростная улыбка, прежде свойственная молодому кентавру, была навсегда утрачена. Куда чаще Велос замечал скорбный изгиб губ, рядом с которыми залегли первые тонкие морщинки.
- Встряхнись, Клади, – ответствовал он. – Зачем омрачать каждый из дарованных нам дней тяжёлыми мыслями? Разве не стоит нам дорожить каждой прожитой минутой и пить её словно божественный нектар, отринув горе и заботы?