- Видно, я устроен по-другому, – вздохнул младший. – Я не могу принять несправедливость богов Олимпа. Ведь и лапифы, и их могучие друзья пролили ничуть не меньше крови кентавров, чем наши буйные братья пролили их крови. Но почему же только нам предстоит быть навсегда стёртыми с лица земли и быть обречёнными на вечные муки в царстве мёртвых? И некому будет рассказать правду о нас, а это значит, что память о кентаврах будет опорочена людьми навсегда.
- Не гневи богов, мой юный друг, – как можно мягче промолвил Велос. И замолк на полуслове.
Он собирался многое сказать своему другу, но в этот момент они заметили прекрасную девушку в светлых одеждах, стоящую неподалёку и внимательно, но без страха смотрящую на них.
- Кто ты, прекрасная незнакомка? – воскликнул Велос, дивясь божественной красоте. – Неужто сама Афродита вышла пожелать нам удачи?
- Ты мастер говорить, – с улыбкой отозвалась девушка. – Но я всего лишь простая смертная.
- А где же твой дом? – поинтересовался Кладос. Он с интересом разглядывал ту, что воплотила в себе самые возвышенные и дерзкие мечты юного кентавра.
- Если возьмёшь меня к себе на спину, – без страха и приличествующей столь юной деве скромности ответила прекрасная незнакомка, – я покажу вам путь к своему жилищу. И дам вам ужин и приют на эту ночь.
- Я готов отнести тебя на руках, – горячо воскликнул Кладос, склоняясь перед девушкой и осторожно протягивая к ней свои сильные руки.
- Доверься ему, о прекрасная! – хохотнул Велос. – Мой друг – сама нежность и предупредительность, когда дело касается юных дев.
- Как зовут тебя, прелестнейшая? – поинтересовался юный кентавр, когда девушка без колебаний расположилась в его руках.
Велос залюбовался этим зрелищем – Кладос легко и заботливо принял изящную ношу и держал её так, как отец или мать держали бы своё дитя. Похоже, что незнакомке нравилось то, что происходит.
- Меня зовут Менодора, – с улыбкой ответила она. Правая рука девушки легко обнимала кентавра за крепкую шею, играя его густыми кудрями
- Так значит нам следует благодарить Луну за столь щедрый дар? – вежливо поинтересовался Велос.
- Так нарекла меня моя мать, – с некоторым вызовом произнесла девушка.
- Луна – это прекрасно, – расслабленно заметил Кладос, – а её дары просто великолепны.
- Особенно дары Тёмной Луны, – усмехнулся его старший товарищ.
- О нет! – воскликнул Кладос. – Не надо вспоминать о прошлых и ждущих вперед невзгодах.
- А вот и моя пещера! – провозгласила девушка. – Внеси меня внутрь, Кентавр, и будьте моими гостями.
- Как странно, что столь нежная красавица обитает в пещере! – в удивлении воскликнул Кладос. – Это место куда больше подошло бы кентаврам или диким зверям. Или даже чудовищам. И неужели в твоей семье нет мужчин, которые служили бы тебе, Менодора, защитой?
- Мой отец и мои братья далеко, – поведала хозяйка пещеры. – А мать и сёстры отправились к родне в ближайшее селение. Но, видно, они тоже не вернутся в ближайшие дни, и это большая удача, что я встретила вас и буду не одна в канун новолуния. Ведь в эту пору ночи темны, а потусторонние силы не дремлют.
Кентавры переглянулись. Кому как не им знать опасные чары ночи Тёмной Луны.
Девушка разожгла очаг, нагрела воды и угостила путников ужином. Велос потихоньку оглядывал жилище Менодоры и задавал себе вопрос, правду ли говорила красавица о своей многочисленной родне. Количество утвари и покрытых шкурами зверей спальных мест едва ли было достаточным для большой семьи. Возможно, девушка заботилась о своей безопасности, придумав несуществующих братьев. Пришло время отходить ко сну, и, предоставив гостям располагаться на удобных ложах, Менодора скрылась за плотным пологом.
Как ни устали кентавры, но сон летел прочь от них. Близость очаровательной молодой девушки заставляла погружаться в сладкие мечты.
«Вот ради чего стоит жить!» – думал Клади, прожигая пылающим взором скрывающую ложе красавицы занавеску.
Однако разум заставлял молодого кентавра умерить свой пыл и не давать волю диким страстям и животным инстинктам. Ведь именно несдержанность привела к тому, что их род приговорён к истреблению.