«А что нам, в конце концов, терять?» – размышлял тем временем Велос, словно отвечая на жаркие мысли своего младшего товарища. Но и ему претила мысль о каком-либо насилии по отношению к прекрасной и гостеприимной хозяйке пещеры.
Прошло довольно много времени, и полог беззвучно шевельнулся. Оба кентавра плотно закрыли глаза и притворились спящими. Ведь очаг ещё тихо догорал и неплохо освещал пещеру. Зачем девушке знать о том, что её постояльцы бодрствуют, а мысли их далеки от умиротворённости?
Менодора бесшумно двинулась к тому ложу, где, затаив дыхание, лежал молодой Кладос. Она тихо склонилась над неподвижно лежащим гостем и запустила тонкие белые пальцы в его кудрявую шевелюру. Кентавр открыл глаза, и девушка сразу поняла, о чём он думает и мечтает. Не давая Клади опомниться, красавица прильнула губами к его губам. Объятия юноши были предельно нежными, но в них был вложен весь нерастраченный жар его души. Они оба старались не издавать ни звука, но Велос и с закрытыми глазами понял, что происходит. Пытаясь быть скромным и тактичным, старший кентавр всё-таки не смог сдержать любопытства и бросил взгляд на ложе своего товарища. Девушка, заключённая в объятия лежащего Кладоса, стояла на четвереньках. Лёгкая ткань её одеяний сбилась в сторону, и, как ни старался подглядывающий Велос отвести глаза, он всё же впился взглядом в соблазнительные формы красавицы, оседлавшей избранного ею скакуна.
Но что же увидел кентавр? Вместо стройных белых бёдер из-под лёгкой ткани показалась ослиная нога. И только тут Велос прозрел. Они вновь попали в ловушку Гекаты! На этот раз их околдовала её верная спутница Эмпуса – страшное привидение, пьющее кровь и пожирающее тела.
Боясь, что уже слишком поздно, Велос мгновенно вскочил со своего ложа и с криком бросился к слившейся в поцелуе паре.
- Это Эмпуса, Клади! – вне себя от гнева и ужаса воскликнул он, размахивая мечом.
Девушка тут же оторвалась от держащего её в объятиях кентавра и обернула лицо к Велосу. Отвратительная морда жуткого призрака ночи, ощерившись клыками, злобно уставилась на него.
- Иди к своей матери, призрак! – стараясь унять страх и говорить твёрдо, повелел старший кентавр, выставив вперёд острие меча. – Передай Гекате, что наше время ещё не пришло и что мы погибнем только тогда, когда убедимся, что наш род не спасти.
- Я всё равно отведаю вашей плоти и крови, Кентавр! – хрипло прошипело чудовище, вырываясь из крепких объятий Кладоса и быстро, но неуклюже ковыляя к выходу их пещеры.
Теперь покрывала Эмпусы были полностью сброшены, и Велос убедился, что сказания не обманывали, и вторая нога ночного призрака сверкала медью. Прекрасный женский торс остался при ней, но ни капли очарования в этом существе больше не было. Всё ещё не пришедший в себя от жаркого поцелуя Эмпусы Кладос в недоумении смотрел на злобное уродливое создание, которое обернулось у самого выхода и одарило его сверкающим взглядом жёлтых змеиных глаз.
- Ты не забудешь моих объятий и поцелуев, Кентавр! – пообещала Эмпуса пленительным голосом Менодоры.
Её волосы вспыхнули жарким пламенем, и, когда привидение покинуло пещеру, снаружи раздался громкий ослиный крик.
В затухающем свете очага двое кентавров успели заметить, что пещера стала пустынной и дикой, а к ним со всех сторон устремился сонм летучих мышей.
Что оставалось двоим изгнанникам? Только продолжить свой бег.
18. Мясо
Артём в довольно хмуром настроении шагал в направлении булочной. И почему именно ему выпало топать ранним утром в субботу чёрт знает куда только потому, что маме захотелось к завтраку ржаного хлеба и батончика «фитнес» из фирменной городской булочной? А Ярик всё ещё нежится в постели и заодно смотрит по телеку старые выпуски «Ералаша». Хорошо быть младшим – им все плюшки, а старшим – одни колотушки. Хотя, надо сознаться, колотушек он давненько не получал. Да и раньше отец изредка отпускал подзатыльник только по делу – за драки и ругань.
Проходя мимо заброшки, Артём обратил внимание на женщину, кормившую бродячих собак. Он и раньше изредка встречал её здесь и находил весьма примечательной. Крупная, в меру полная, с большим, округлым и довольно красивым лицом, она носила длинные тёмные одежды, состоящие из нескольких слоёв. Однако эта дама неопределённого возраста с гладко зачёсанными назад чёрными волосами отнюдь не выглядела неопрятной, вульгарной или безвкусной. В её стати и жестах сквозили уверенность, сила и монументальное спокойствие. И дары этой благотворительницы были поистине щедрыми. Рядом с женщиной стоял огромный и наверняка тяжёлый чёрный пакет, откуда она доставала один за другим куски сырого окровавленного мяса. Крупные псы неспешно подходили за раздаваемыми порциями. Издали, со стороны старых гаражей и идущей за ними стройки, за пиршеством наблюдали несколько чёрных котов. Однако подойти ближе они не решались.