Быстро поворачивается, чтобы взять веник, а я чувствую, что так и не могу пошевелиться. Только хватаю губами воздух. Дышать совершенно нечем. А еще…
Еще я понимаю, что, если бы не Виола…
То все бы случилось. Прямо сейчас. Прямо здесь.
— Ты сегодня рано освободился, — сипло бормочу, как только ко мне возвращается голос.
— Знаю, что здесь много работы. Решил помочь. Разве дела важнее помощи жене?
— Спасибо, мы прекрасно бы справились, и…
— Марк, вы, наверное, поезжайте домой. Вам обоим отдохнуть нужно. А я сама здесь закончу.
— Правда?
Марк выбрасывает осколки в мусорное ведро и поднимает на меня все его горящий взгляд.
Кухня вращается перед глазами.
Хочется послать все к черту.
Разве Марк не доказал мне за это время, что он во многом изменился? Что не привязывает меня к дому. Заботится. Дает мне возможность реализовать себя не только как жена и будущая мать, но и в своем деле?
И что…
Что наша семья и правда для него самое важное в жизни?
Так, может, плюнуть на все? Простить его ошибку? Отменить весь этот придуманный Виолой праздник, и особенно эту идиотскую идею пригласить Ирэн Шаповалову и посмотреть, как Марк отреагирует на нее?
— Что такое, родная? Тебе плохо?
Марк с заботой наклоняется ко мне.
Потому что мне вдруг становится дико холодно. Так, что приходится обхватить себя руками.
— Не заболела?
Трогает мой лоб и качает головой.
— Все в порядке, Марк. Я просто…
— Виола, я буду благодарен, если ты и правда здесь все закончишь. Или давай просто закроем дом. Бабушка же все равно первое время поживет с нами.
Марк подхватывает меня на руки, и я глупо прижимаюсь к нему. Его тело тоже дрожит, как и мое. Обхватываю руками его плечи.
— А мы с Машей домой. Тебе нужно отдохнуть и хорошенько выспаться, малыш.
Марк аккуратно опускает меня на сидение машины.
Усаживается на место водителя, укладывает руки на руль.
Мы какое-то время просто сидим. Молча. У Марка подрагивают руки. У меня трясется, кажется, все внутри.
— Маш…
— Не сейчас, Марк, — шепчу, закусывая губу.
Отворачиваюсь, потому что сложно выдержать его взгляд, от которого даже воздух в тесном пространстве вспыхивает.
— Машааааа.
Марк кладет руку мне на бедро. Сжимает с силой, и я чуть не стону от готовности послать все к чертовой матери и сдаться.
— Мы ведь нормально живем вместе все это время, разве нет? Я в чем-то тебя подвел? Чем-то обидел? Между нами химия, и ты сама прекрасно это знаешь. Нам уютно и хорошо вместе. Тогда почему….
— Пожалуйста, Марк. Не сейчас.
— А когда, Маша?
Марк с силой бьет обеими руками по рулю.
— Через лет десять? Когда ты окончательно убедишься, что я…
— Пожалуйста. Просто не сегодня.
Марк рычит сквозь сжатые зубы. с силой сжимает руки в кулаки.
— Ты же не только меня. Ты же себя мучаешь.
Хрипло выдыхает, а я откидываюсь на спинку сидения и закрываю глаза.
Завтра.
Это как прыжок в холодную воду. Завтра я все пойму и тогда приму решение. Окончательное! Но как до этого завтра еще дожить?
— Хорошо, Маш. Я понял.
Марк кивает и машина резко срывается с места.
Мы буквально слетаем во двор его квартиры. Марк резко бьет по тормозам, машина с визгом останавливается.
— Малыш.
Тянется ко мне, но на этот раз совсем иначе. С болезненной какой-то до дикости нежностью.
Заправляет выбившуюся прядь за ухо. И резко наклоняется к моему лицу.
— Мне нужна только ты. Разве ты до сих пор еще не понимаешь этого?
— Марк, Виола решила устроить тебе завтра сюрприз. На День Рождения. Собрать всех в твоем новой ресторане, и…
— Виола, значит, — Марк кивает, крепко, до хруста сжимая челюсть.
— Прости. Я совсем забыла о празднике.
— Надеюсь, ты на него придешь? Или я там тоже буду с Виолой?
— Обязательно. Марк. Я не настолько стерва, как тебе могло бы показаться.
Мы поднимаемся в квартиру в полном молчании.
Марк быстро отправляется в душ, а я почти сразу запираюсь в спальне. Выхожу только когда слышу, что он уже улегся на диван. Выпиваю несколько чашек чая с мятой, но все равно всю ночь не смыкаю глаз.
Ведь завтра… Завтра все решится.
Она придет?
И что будет после, если она все-таки появится?
19 глава 19
— дааааааа….
Шепчу, когда Марк перекидывает мои волосы между пальцами.
Чувствую его запах. Его жадное дыхание.
— Кофе?
Черт. Реальность лупит по всем рецепторам.