На рассвете просто подпрыгиваю на постели от громких ударов.
К нам во двор забрались какие-то дебоширы? Боже, такое ощущение, что они там подсобные помещения разносят по частям!
Выбираюсь во двор, протирая глаза. Растрепанная и прямо в ночной рубашке.
— Марк? Ты что здесь делаешь? Мы же вчера все выяснили!
— Правда? На самом деле я ничего такого не выяснял. Даже наоборот. Ничего у нас с тобой не прояснилось. Хотя лично мне все предельно ясно. И совершенно непонятно, в чем ты там сомневаешься.
— Я же просила. Я не хочу тебя сейчас видеть, Марк.
— А при чем здесь ты? Я к Валентине Петровне приехал. Она вчера просила ей дров на зиму нарубить.
— Что? Серьезно? Бабушка просила? Когда это?
— Вечером вчера. Ты спала, как убитая, между прочим. Кстати, если тебе интересно, то ночевал я у матери. Вот вчера приехал и мы с ней договорились.
— Вообще-то ты мог бы дров и просто привезти. Они теперь продаются. Если ты не в курсе.
— Вообще-то, ты могла бы мне и воды дать напиться. Очень пить хочется, знаешь ли. Когда работаешь физически.
— Ты же не ко мне приехал, — пожимаю плечами. — Почему я должна тебе что-то?
— Ты собираешься бабушку гонять? Маша, я вот не думал, что ты такая эгоистка. Ей покой нужен, между прочим. Или ты забыла?
Мне вообще-то он тоже нужен. А тут… Никакого покоя!
— Ты можешь сам взять себе воды, Князев. И чаю. Знаешь прекрасно, что и где.
— Ну….
Он разводит руками и быстро утирает рукой лоб.
Князев в одних спортивных штанах, которые оооочень низкой посадки.
Настолько низкой, что взгляд сам упирается в мощные косые мышцы. В напряженные кубики живота… Непроизвольно сглатываю, любуюсь на то, как блестят сейчас на них капельки пота.
— Не могу же я так нагло забираться в чужой дом. Я ведь здесь не хозяин, так что…
— Ой, Князев, — передергиваю плечами, сбивая с себя наваждение. И соблазн.
— Тоже мне. Чужой нашелся!
— Значит… Все-таки не чужой?
Марк отбрасывает топор.
В одно движение оказывается рядом.
Резко дергает меня на себя, прижимая к себе так крепко, что я задыхаюсь.
— Мне нужен поцелуй, Маша. Очень. Иначе я вот прямо сейчас свалюсь без сил.
— Хорошо, Марк. Я принесу сейчас воды.
Быстро уворачиваюсь из его крепких рук.
Его дыхание так и горит на губах.
Бегу в дом, с ужасом остановившись, увидев себя в зеркале.
Черт. Ну как я могла выйти к нему в таком виде?
Нет, мне, конечно, абсолютно плевать на уже почти бывшего мужа. Но я хочу все равно выглядеть перед ним красиво! Пусть страдает, когда смотрит на меня! И вовсе не от того, что я выгляжу, как пугало огороднее!
Бегом лечу в свою комнату. Быстро надеваю платье и поправляю волосы, затягивая их в узел. Нет. Черт. Так слишком скучно! Вытаскиваю несколько прядей. Опять не то. Распускаю, переделываю несколько раз. Пока не остаюсь довольна результатом.
Выглядываю в окно и просто залипаю, глядя на то, как Марк продолжает рубить дрова.
Черт. Ну почему он такой… Нереальный. Просто ослепительный!
Любуюсь на мощные руки. На бугрящиеся мышцы. Совершенно некстати вспоминаю о том, какими нежными могут быть его руки, которые сейчас с силой сжимают топор.
— Вот твоя вода.
Быстро протягиваю Марку кружку и тут же разворачиваюсь, чтобы уйти.
— Спасибо, хозяйка. Оу. Ты надела свое лучшее платье? Специально для меня?
— Вот еще!
Разворачиваюсь и начинаю прожигать его глазами. Очень надеюсь, что Князев читает в них все, что я о нем думаю. О нем и о его самоуверенности.
— Просто надела, что первое под руку попалось. Вот и все.
— Маш. Ты очень красивая.
Марк смотрит на меня, не мигая. Я вижу, как темнеют его глаза. Как расширяются зрачки.
И стою, как вкопанная. Как будто он меня загипнотизировал.
— И плевать, какая у тебя прическа. Или ее нет вообще. Плевать, что на тебе надето, Маш. Да хоть мешок из-под картошки. Ты все равно. Самая красивая. И будешь такой для меня даже когда мы состаримся. И я очень надеюсь, что мы состаримся вместе. Но до этого вырастим наших детей. Будем ими гордиться. Любить и переживать за них. Проведем вместе еще много счастливых лет. Увидим весь мир. Доведем до ума наш дом. У нас так много впереди, что мы должны сделать вместе! Маш.
— Спасибо, что помогаешь бабушке.
Бормочу и практически сбегаю от него. Потому что…
Черт! Ну как он вот так может? Несколько слов, а уже почти довел меня до слез!
21 глава 21
— А что, Марк уже закончил?
Бабушка выходит в кухню, когда стук во дворе уже не слышен.
— Наверное. Понятия не имею, — пожимаю плечами, накрывая завтрак на стол. — Ты ведь с ним договаривалась. А не я.