Глава 5
Алёна
Беру конфету из круглой стеклянной вазы в форме маленького аквариума, разворачиваю - от едкого запаха ароматизатора мутит - заворачиваю, откладываю. Карл подаёт другую, а смысл? Не из чего выбирать - суррогаты, отличающиеся лишь цветом и вкусом пищевой химии. Но опции не выбирать у меня, видимо, нет, поэтому кладу в рот кошмарно кислый леденец и “наслаждаюсь” вкусом.
- Алёна… - Карл прилагает усилие, чтобы смягчить голос, вижу, но даже такие его интонации теперь звучат угрожающе. - Нам, так или иначе, придётся обсудить предстоящее торжество…
Торжество… Подобрал же слово. Его версия русского языка меня всегда умиляла. Словарь рафинированного интеллигента, обработанный суровым напильником в процессе ведения дел с разношёрстным русским контингентом. Для нас с ним “торжество” имеет совсем разный смысл.
В моменте сказать “я согласна” - было освобождением, но с каждой минутой всё больше накрывает осознанием последствий и пониманием, что это “торжество” - победа их с отцом воли над моей.
Тёплые пальцы ложатся на подбородок и аккуратно приподнимают лицо. Встречаю прямой взгляд глаз с радужкой стального цвета. Жёсткий, холодный. Теряюсь от контраста с мягкостью тембра:
- Давай не будем всё усложнять? - куда уж больше-то! - Я готов тебя услышать.
Все это время он не убирает пальцы, поглаживая щеку большим. Пробуешь отвернуться - хватка усиливается, закрыть глаза или отодвинуться — то же самое, а когда подчиняешься - лёгкая ласка, будто эти пальцы больше ни на что не способны. Методы дрессировки в исполнении Карла Лански. Этот человек всегда добивается своего.
- Нам надо говорить, девочка, иначе… - вот только без угроз! - Ничего не выйдет.
Всё же выворачиваюсь из ласковых тисков и выплёвываю конфету в салфетку. Сердце стучит неровно, руки подрагивают от эмоций. Хотелось бы высказать столько… но стараюсь быть краткой:
- Я в западне.
В ответ — молчание. Только и мне больше добавить нечего, всё вытекающее - очевидно.
Пауза затягивается, превращаясь в тягучее молчание, расползающееся щупальцами в тишине. В коридоре тоже будто вымерли все, даже в настенных часах стрелки с бесшумным ходом. Щупальца оплетают и сдавливают, лишая возможности полноценно дышать. Мну в руках салфетку, чтобы отвлечься от этого ощущения…
- Думаешь, я этого не понимаю? - Вынимает бесформенный комок у меня из пальцев и выбрасывает в урну. Возвращается в своё кресло. - Маленькая, затравленная лисица, - в его голосе оттенок горечи, - я тебя не обижу.
Щупальца отпускают моментом. Я ожидала упрёков и угроз, давления, шантажа, так любимого отцом, а вовсе не понимания. Смелею:
- Карл, ты лакомый кусок, есть много девочек из влиятельных семей, которые обеспечат и репутацию, и содействие в бизнесе, - поднимаю наконец взгляд, встречая его - уставший, и добавляю самое важное, - и их сердце будет свободно…
Подумав, будто всерьёз рассматривая альтернативу, Карл, отрицательно качнув головой, заключает:
- Увы… - в этом “увы” столько отказа, что понимаю - не вывернусь.
- Знаешь, - продолжает задумчиво, - всегда считал себя сверххищником. Верхушкой пищевой цепи. Жрал хищников, побеждал силой, хитростью - неважно как... Но жизнь показала, что выживает не самый сильный, а тот, кто лучше других адаптируется в меняющихся обстоятельствах. Этим мы с тобой и займёмся, - разминает крупные кулаки, - точнее, уже занимаемся. Каждый по-своему, и оба неудачно. Вместе мы эффективны.
Во мне всё протестует.
- Тише, девочка, тише, - откидывается на спинку кресла. - Если ты завтра встретишь Власова, он станет твоим?
Запрещённый приём.
Зло отворачиваюсь.
- Поверь, это не изменится за неделю-две. И твой статус замужней женщины не повлияет. Выйдя за меня, ты не потеряешь в своей борьбе ровным счётом ничего, там нужна другая тактика… - осекается, понимая, что отклонился от темы. - Ты идеальная кандидатура на роль невесты. И как дочь одного из владельцев концерна, и как исключительная женщина.
Он говорил мне об исключительности, когда мы были любовниками. Это звучало восхищённо. А сейчас... Как описание товара в сделке.
- Если мы будем кооперировать, то шансы добиться своих целей будут у обоих. Ты же разумная, Алёна, посмотри трезво на ситуацию. Мне нужен надёжный и сильный союзник, а не загнанный, раненый зверь.
Где-то очень глубоко, под толщей чувств и эмоций, есть понимание, что в чём-то Карл прав, но...