Жалею, что намеренно ограничивала их общение, стараясь не смешивать две разные стороны своей жизни. Сейчас было бы легче Поле всё объяснить. Правда, и о Тимуре она почти ничего не знает. Только то, что есть человек, который мне глубоко небезразличен. Как собирать этот пазл, чтобы обойти острые углы? Хватит ли её любви, чтобы понять и не осудить?..
Карл, закатив рукава, пересаживается на качели. Намеренно близко. И негромко говорит с появившимся акцентом:
- Нам нужно отрепетировать не только танец…
- А что ещё?.. - интересуюсь, вжимаясь в спинку сиденья и наблюдая, как он расстёгивает часы и даёт им соскользнуть по крепкому запястью. Откладывает их на столик циферблатом вверх. Рядом, проигрывая мелодию отключения, ложится телефон. Нас никто не отвлечёт.
- Ещё… - неожиданно ладони Карла обхватывают мою талию, и я снова лечу в повороте вальса, оказываясь у него на коленях, лицом к лицу. Задохнувшись, смежаю веки, переживая серию острых флешбэков из наших свиданий. Хотя руки Карла остаются на талии, бёдра и грудь обжигает фантомными прикосновениями - сильными, властными, обнажающими хищную природу.
Пытаюсь свести колени, вспоминая, как он врывается, не щадя, сбросив прохладцу и сдержанность, вместе со строгим костюмом. Его мощные толчки, заставляющие напрочь забыть, кто ты, и сгорать от удовольствия.
Распахиваю глаза, не представляя, насколько безумной выгляжу, и встречаю такой же взгляд Карла, в нём плавится сталь. Чтобы полы моей блузки разъехались, достаточно потянуть за хвост банта у горловины. Мысленно он уже сделал это. Руки на талии сжимаются, большие пальцы поглаживают рёбра. Всё на рефлексах. Ещё секунда, и Карл сорвётся: притянет меня к себе вплотную, опалит горячим дыханием и прижмётся в голодном поцелуе…
Обнимаю горло ладонью, чтобы не дать сердцу выскочить. Замираю в ожидании... И... Ничего не происходит. То есть в реальности - ничего, а в голове у нас - чистое порно. Пусть и из прошлого.
Разорвав зрительный контакт, Карл рвано выдыхает и надтреснутым голосом сообщает:
- Это будет непросто, - убирает ладони и с усилием трёт лицо, - дай мне минуту.
Сколько угодно! Мне самой бы не мешало прийти в чувство и прогнать навязчивые образы. Пытаюсь встать выпить воды — не отпускает:
- Сиди… - с исчезающим акцентом возвращается вменяемый Карл. Придерживая меня, дотягивается до стола, подаёт стакан. - Репетицию немного отложим.
Качели - неустойчивая конструкция, и я, боясь свалиться, цепляюсь за его бёдра, но тут же одёргиваю руки. Карл качает головой:
- Надо что-то сделать с твоим внутренним блоком, чтобы парой мы выглядели естественно. Это же игра, помнишь?
До вальса помнила намного чётче.
- Начиная с сегодняшнего ужина, ты счастливая невеста. Поражай, блистай, очаровывай, влюбляй, в общем, будь собой, лисица. - легко улыбается, глядя, как я поправляю растрепавшиеся ветром волосы. - К тебе будет приковано всё внимание. Справишься?
Позабыв о его опасной близости, насмешливо фыркаю. Это не вопрос, а провокация. Он знает, как я люблю внимание, интриги и авантюры. Если бы не было Тимура, то я легко бы вышла замуж за Карла, просто чтобы насладиться ошеломлением гостей, когда все увидят, что невеста другая. Но Тимур есть… И блок есть.
- А теперь о главном… - подбираюсь в ожидании нового испытания, - упаси господь тебе перепутать мою маму и тётю Марту, это будет смертельная обида на всю жизнь, - произносит Карл с многозначительным видом.
- Ты шутишь? - смотрю с неверием.
- Я абсолютно серьёзен. Они близнецы, их не различают многие родственники, но матушка уверена, что совершенно разные. Преувеличивает, конечно, но если посмотреть сюда…
Карл открывает семейный альбом в планшете, показывает двух стопроцентно одинаковых женщин и указывает на несущественные различия. Шутит, что жених его сёстры будет заикаться после свадьбы, потому что увидит двух тёщ.
Листает дальше, знакомя с семьёй поближе. Подробнее рассказывает о семьях братьев, которые предпочли отцовскому бизнесу свой путь, много и тепло о сестре - если мой будущий муж кого-то искренне любит, то её. Быстро листает страницы в поисках кого-то из родственников, о ком мне необходимо знать. Мельком замечаю его юношеское фото.
- Погоди… - ловлю его пальцы, - можно посмотреть?
Нехотя отдаёт планшет. Откинувшись на спинку, увеличивает расстояние между нами.
- Сколько тебе здесь?
- Девятнадцать.
Рассматриваю, закусив губу, чтобы сдержать улыбку. Серьёзный, скорее сосредоточенный и открытый, во взгляде пока нет брони цинизма и высокомерия - никто не предавал его доверия и не разочаровывал, но уже есть достоинство и превосходство. Родился таким? Подросший львёнок, который завтра станет сверххищником. Вихрастый, с красиво очерченным подбородком, пухлыми губами и длинными ресницами. Не такой крепкий, как сейчас, скорее гибкий, с приятным контрастом широких плеч и узкой талии.
- От девушек отбоя не было? - сама бы не устояла.
Карл загадочно усмехается:
- Скажем так, я их не понимал, - притворно морщится. - Все эти туманные чувства, не поддающиеся логике, казались странными и подозрительными. Наивно думал, что всё должно иметь смысл, - тихо, уютно смеётся. - Так что, когда сверстники рисовали победные звёздочки на фюзеляжах, я учился, а летом - плотная практика у отца. Стыдно признаться, в каком возрасте первый раз по-настоящему поцеловался.
- В каком? И как тебе? - любопытствую, удобне устраиваясь у него на коленях. - Понравилось? А ей?
Склонив голову, Карл раздумывает над ответом...
- Показать?