— И почему мы должны развестись?
— Потому что Асманов не вечен, и занимается он нелегальными делами, а это чревато последствиями. В общем, как только великий и ужасный Асманов попадёт в тюрьму, ты меня бросишь.
Кусок в горло не лезет. Я отодвигаю тарелку с сырниками, поднимаю голову и жду, что Богдан посмеётся над словами отца. Но вместо этого натыкаюсь на чёрный задумчивый взгляд. Боль пронзает грудную клетку, а по позвоночнику бежит холодный пот.
— Почему ты молчишь? Неужели ты хочешь со мной развестись? — жалобно спрашиваю я.
— Мы знакомы чуть больше недели, — произносит Богдан. — Твой отец прав в том, что никогда нельзя загадывать на будущее. Мы можем всю жизнь прожить вместе, а можем разбежаться через год. Этого никто не знает.
— Ты серьёзно? — я руки к горлу прикладываю, кажется, что задыхаюсь. Там такой огромный ком образовывается, он давит, раздирает глотку, и его невозможно сглотнуть. Глаза щиплет, не хватало ещё расплакаться!
— Лия, я не собираюсь с тобой разводиться. Нам хорошо вместе, ты — именно то, что мне нужно. Ты непредсказуемая, яркая, эмоциональная, и я хочу узнавать тебя всё больше и больше.
— Но при этом ты намекаешь на то, что однажды мы расстанемся.
— Я не это имел в виду. Давай зайдём с другой стороны. Могла ли ты месяц назад предположить, что разорвёшь отношения со своим парнем?
— Нет.
— А когда ты узнала о нашем браке, думала ли ты о том, что между нами возникнет симпатия?
— Это другое, — упрямлюсь я, не желая признавать его правоту. — Теперь, когда я в тебя… когда ты мне понравился, я не хочу разводиться. Даже мысли такой не допускаю! А ты допускаешь. Мы с тобой очень разные.
— Я просто старше, — мягко улыбается Богдан.
— Значит, я не подхожу тебе по возрасту? А кто подходит? Агаточка твоя бывшая?
Богдан растерянно смотрит на меня, затем его взгляд начинает темнеть, а между бровей пролегает глубокая складка. Я ведь только вчера её разглаживала!
— При чём здесь Агата?
— С ней ты вряд ли бы захотел разводиться! Она красивая, умная, взрослая, вы работаете в одной клинике и, скорее всего, она слушает ту же музыку, что и ты. Я права? В принципе, не важно…
— Остановись, Лия, — звучит предупреждающее.
— Не хочу! — меня конкретно несёт. Вся ревность, боль и сомнения, которые терзали меня несколько дней, вдруг находят выход. — Ты же не уволил Агату, значит, не хочешь с ней расставаться! Это о многом говорит! К тому же у вас командировка намечается, а там всякое может произойти. Выпьете, поговорите по-дружески, а затем совершенно случайно в одном номере окажетесь!
— Это исключено. Я расстался с Агатой. Между нами ничего нет. Сколько раз я должен это повторить, прежде чем до тебя дойдёт? — грубо спрашивает Богдан.
— Ты не расстался с ней, вы работаете вместе! Неужели ты не понимаешь, что я жутко тебя ревную? — вытираю одинокую слезинку, отворачиваюсь, чтобы Богдан ничего не увидел. — Если бы я общалась с Сергеем, тебе бы это понравилось?
— Нет.
— Вот видишь!
— Но я бы не ревновал, потому что доверяю тебе.
— Я тоже тебе доверяю! — вскрикиваю, руки заламываю, но натыкаюсь на холодный взгляд Богдана — и сама изнутри будто леденею.
— Точно? Ты уверена? — он горько улыбается. — Чего ты хочешь, Лия? Чтобы я уволил Агату?
— Да, — моментально отвечаю я.
— Я не собираюсь терять толкового специалиста из-за твоей необоснованной ревности. Агата останется в клинике — и точка.
Я трясусь от кипящей злости, от ревности, от боли, пронизывающей насквозь. Он не готов идти на компромиссы, он не хочет уступить мне в такой мелочи. А что будет дальше? Боже, я ведь сказала, что ревную его, я почти призналась в своих чувствах, а ему плевать! Только Агата на уме, только о ней переживает!
— Отлично. Тогда ты больше ко мне не прикоснёшься! Я не буду спать с тобой до тех пор, пока ты не уволишь Агату!
— Ультиматум ставишь? Забавно, — хмыкает Богдан. — Я на него не соглашусь. Не танцую под чужую дудку, знаешь ли.
— Тогда у нас будет замечательный брак без секса! И спать мы будем порознь.
Богдан пожимает плечами, сухо бросает: «Спасибо за завтрак» и уходит в спальню. Стою, ошарашенная произошедшим, тяжело дышу, ладонь к груди прикладываю. Сердце так бешено стучит, что даже страшно становится.
Через несколько минут захлопывается входная дверь. Богдан ушёл на работу. И не поцеловал меня на прощание, как раньше.