Дослушав голосовое сообщение Коннора, часть надежды, приобретенной мною после разговора с Анной, испарилась. Вместо нее появилось не предвещающее ничего хорошего ощущение, что завтрашний день пройдет не так, как планировался. Когда Коннор уезжал в Нью-Йорк несколько дней тому назад, он сказал, что будет отсутствовать всего один день. Но сегодня вечером он позвонил, чтобы сказать, что должен остаться еще на день. Эти отсрочки повторялись последние три вечера и вот, очередная задержка. Как бы мне не хотелось это признавать, но я начинала ощущать, что в списке приоритетов Коннора его компания всегда будет стоять на первом месте, а я буду идти за ней.
Я дотронулась до изумрудно-бриллиантового ожерелья, обвивающего мою шею, и тотчас же почувствовала себя ужасно из-за того, что поставила любовь Коннора под сомнение.
«Лив, прекрати! Почему ты продолжаешь думать о Конноре только худшее? Поверь в него хоть раз, для разнообразия».
Я тяжело выдохнула и попыталась вернуть хотя бы часть надежды, которая появилась у меня сегодня утром.
Я знала, что для того, чтобы наши отношения развивались нормально, мне необходимо выказывать к Коннору такое же понимание, терпение и доверие, которые он демонстрировал мне все прошедшие полтора месяца. Я должна верить, что он сдержит обещание. Должна верить, что завтра утром он будет дома и разбудит меня для того, чтобы мы могли провести мой день рождения вместе.
***
На следующее утро Коннор действительно меня разбудил.
Но не лично.
Он мне позвонил. Будильник на моей прикроватной тумбочке показывал 6:56. Я села на кровати и зевнула. Нажимая на кнопку принятия вызова, я продолжала цепляться за надежду, что он звонит мне для того, чтобы сообщить, что направляется домой.
— Алло? — осторожно сказала я, опасаясь его последующих слов.
— С днем рождения, Лив, — его голос звучал настолько утрировано жизнерадостно, что меня тут же накрыло волной опасений и разочарования.
— Привет. Ты еще едешь?
Я никак не хотела терять веру в то, что он все же сегодня приедет.
— Детка, я… — он замолчал, и наступившая тишина поглотила малейшую крупицу все еще остававшейся у меня надежды.
— Ты сегодня не вернешься, да? — спросила я ровным тоном.
Он немного помолчал и ответил:
— Лив, мне так жаль, милая. Мне невыносимо так с тобой поступать, но клиент хочет завершить сделку до завтра. Думаю, мы пробудем здесь до следующей недели. Я ужасно сожалею. Не расстраивайся, пожалуйста.
Я была слишком разочарована, чтобы найтись с ответом.
— Лив, обещаю, мы отпразднуем твой день рождения, как только я вернусь, — продолжал оправдываться он.
«Ты точно так же обещал, что приедешь сегодня», — хотела сказать я.
— Скажи что-нибудь, пожалуйста, — в его голосе слышалось отчаяние, и я ощутила, как меня начинают обуревать противоречивые чувства.
Я была расстроена из-за того, что он нарушил свое обещание. И хотела, чтобы он знал, насколько сильно. Но еще я понимала, что если сейчас что-нибудь скажу в сердцах, то позже об этом пожалею.
— Я не знаю, что сказать, Коннор. Я солгу, если скажу, что все в порядке и что я не огорчена твоим сегодняшним отсутствием. Я действительно с нетерпением ждала того, что ты запланировал на мой день рождения.
— Знаю, детка. И я с неменьшим нетерпением хотел бы быть сейчас с тобой. Поверь, я куда с большей охотой провел бы сегодняшний день с тобой в «Мельбурн очардс» и поприсутствовал бы на милом, романтическом ужине, чем в течение следующих пятнадцати часов находился бы здесь, в душном зале, с дюжиной сотрудников, работая без остановки и перехватывая еду на вынос. Лив, если бы я имел хоть шанс перенести все это на другой раз и провести этот день с тобой, я бы это сделал.
Я ему верила. Знала, что он очень много работал в последнее время, и что компания была для него очень важна. Я не забывала о том, что с помощью этого клиента они могли сорвать большой куш. Но понимание ситуации не могло уменьшить моего огромного разочарования. Всего этого было не достаточно для того, чтобы вернуть веру в будущее наших взаимоотношений, теплившуюся во мне до его звонка.
— Лив, я знаю, что это не идеальная ситуация.