Покачав головой, она снова откинулась на спинку дивана и казалась, она обдумывала услышанное.
— Хочешь, чтобы я ушел?
Ее взгляд поднялся ко мне.
— Нет. Не нужно. В смысле, я свободна, и если у тебя тоже нет дел, можешь остаться или…
Я чувствовал, как только что выиграл крупное сражение. Медленно, я отвернулся от нее, мой взгляд упал на блестящий красный ноутбук, стоящий на журнальном столике.
— Вижу, кто-то получил подарок на день рождения.
— Да, это мамин подарок. У меня не было компьютера с тех пор… ну, в общем, с того времени.
Я потер щеку.
— Кстати, я еще не извинился за тот случай, верно?
— Нет, — вздохнула она.
— Такого никогда раньше не случалось. Я имею в виду ту часть, со взрыванием предметов, — признался я после паузы.
— Со мной тоже.
Посмотрев на телевизор, я немного расслабился.
— Что-то похожее случилось с Доусоном. Так Бетани обо всем узнала. — Я помолчал, борясь с улыбкой. — Он целовался с ней и потерял контроль. Превратился в Лаксена во время поцелуя.
— Упс. Наверное, это было…
— Неловко?
— Да, неловко.
Тишина повисла между нами, и мои мысли сразу же вернулись к тому, каково это было целовать Кэт, касаться ее. Ничто в этом мире или за его пределами не было… так чертовски восхитительно, как это.
Она поправила вырез своего свитера.
— Ди сказала, что вы часто переезжали. Сколько городов вы сменили?
Смена темы была хорошей идей.
— Мы жили в Нью-Йорке некоторое время, потом переехали в Южную Дакоту. И если ты считаешь, что здесь ничего не случается, то ты просто не жила в Южной Дакоте. Перед тем, как приехать сюда, мы жили в Колорадо. Именно я подбивал всех сменить обстановку. Как будто я искал что-то, но ни в одном из тех мест этого не было.
— Держу пари, Нью-Йорк бы самым любимым местом для тебя.
— Вообще-то нет. Это место здесь.
Кэт рассмеялась.
— Западная Вирджиния?
— Не так здесь и плохо. Здесь очень много наших. У меня есть друзья, с которыми я могу быть самим собой — в буквальном смысле. Это очень важно.
— Понимаю. — Она положила подбородок на подушку. — Думаешь, Ди здесь счастлива? Она утверждает, что ей просто не позволят отсюда уехать. Никогда.
Подвинувшись, я поднял свои ноги на диван и выпрямил их.
— Если ты еще не заметила, у нас больше мужчин, чем женщин. Поэтому девушкам быстро находят пару, и к тому же их очень хорошо защищают и берегут.
Она скорчила гримасу.
— Им находят пару и женят? Я понимаю — вам, ребята, нужно размножаться. Но нельзя заставлять Ди делать это. Это не справедливо. Вы должны сами выбирать.
Я встретился с ней взглядом.
— Но мы не можем, Котенок.
— Это неправильно, — сказала она взволновано, будто хотела взять в руки оружие и встать на защиту наших прав.
— Да, это не правильно. Большинство Лаксенов не противится этому. Кроме Доусона. Он любил Бетани. — Я резко выдохнул. — Мы против этого. И я считал идиотизмом то, что он влюбился в человека. Не в обиду.
— Я не обижаюсь.
— Ему было тяжело. И мы волновались за него, но Доусон… был сильным. — Я улыбнулся, покачав головой. Черт, эта была правда, а я никогда не хвалил его за это. — Он не сдался, и даже если бы Старейшины узнали правду, я не думаю, что они смогли бы изменить его.
— А что, если он сбежал с ней, ускользнул от МО? Могло случиться такое?
— Доусону нравилось здесь. Нравились походы, свежий воздух. В общем, ему нравилась загородная жизнь. — Я взглянул на нее. — Он бы никогда не уехал отсюда, особенно, не сказав Ди или мне. Я знаю, они оба мертвы. — Моя улыбка стала немного шире. — Тебе бы понравился Доусон. Он выглядел в точности как я, но был намного лучше. Другими словами, не придурок.
— Я уверена, что он понравился бы мне, но ты не плохой.
Я изогнул бровь.
— Хорошо, иногда ты ведешь себя как большой придурок, но ты не плохой. — Она сделала паузу, крепко сжав подушку. — Хочешь знать, что я на самом деле думаю?
— Мне стоит волноваться? — спросил я настороженно.
Кэт рассмеялась.
— Там внутри ты действительно хороший парень. Иногда я вижу его. И хотя большую часть времени мне хочется повыбивать из тебя все дерьмо, но я не считаю тебя плохим. На тебе лежит большая ответственность.
Что ж тогда…
Я запрокинул голову назад.
— Ну, я думаю, это не так уж и плохо.
— Можно я задам тебе вопрос, а ты ответишь мне честно? — спросила она.
— Давай.