— Кэт… она пыталась заговорить со мной, когда я выходила из ее дома.
Я напрягся.
— Я не готова говорить с ней, — продолжила она, когда подняла край сэндвича. — Я не знаю, буду ли когда-нибудь готова.
— Будешь.
Ди медленно покачала головой.
— Я не знаю, Деймон.
Я подался вперед, положив локти на стол.
— Ты простила меня, не так ли?
Гнев блеснул в ее взгляде, и я подумал, что, это, возможно, было не самое мудрое высказывание.
— Я не совсем простила тебя. Давай проясним этот вопрос. Ты обманул меня, и отпустил Блейка.
— Но ты разговариваешь со мной.
— Ты мой брат. Я должна говорить с тобой. — Ее глаза закатились, когда она скрестила руки на груди. — И ты не убивал Адама.
— Как и Кэт.
Она поджала губы.
— Если бы она…
— Кэт никогда не хотела, чтобы это произошло, и ты это знаешь, Ди. Думаешь она не чувствует себя виноватой в том, что случилось? Думаешь, это не тревожит ее? Она не сказала тебе правду, потому что не хотела втягивать тебя, к тому же она попыталась заставить вас двоих держаться подальше от ее дома. Вы сами решили войти туда, и ты знаешь, если бы Адам остался в живых, он сделал бы то же самое снова. — Я сделал паузу, когда Ди отвела взгляд. — Как и ты.
Я встал на ноги и схватил наши тарелки.
— Мы должны держаться вместе, потому что мы понятия не имеем, что произойдет дальше, знаем только, что что-то будет.
Я выбросил остатки еды в мусорное ведро, а затем вышел из комнаты, остановившись на секунду в дверном проеме.
— Я скоро вернусь.
Иными словами, я хотел сказать, не уходи. Присматривай за Доусоном.
Я вышел на улицу, в морозный воздух, чтобы патрулировать, все мои органы чувств обострились, когда я почувствовала теплое покалывание вдоль моей шеи. Я посмотрел на дом напротив и перестал двигаться. Может быть, даже перестал дышать ненадолго.
Перед домом Кэт стоял снеговик, однобокий снеговик без рук или лица, его не было раньше. Рядом с ним Кэт сидела на снегу спиной к моему дому.
Небольшая улыбка появилась на моих губах, когда гнев ослаб. Я спустился с крыльца и подошел к ней, мои шаги была тихими. Кэт не заметила меня, что было удивительно, учитывая нашу связь.
— Что ты здесь делаешь, Котенок?
Она вздрогнула, а затем развернулась.
— Да вот, снеговика лепила.
Я взглянул на него.
— Вижу. Только ты его не долепила.
— Да, — сказала она угрюмо.
Небольшая улыбка увяла на моих губах.
— Но это никак не объясняет, почему ты сидишь в снегу. У тебя же джинсы насквозь промокли. — Я задумался на мгновение, а затем усмехнулся. — Постой-ка, значит, я смогу хорошенько рассмотреть тебя пониже спины.
Кэт рассмеялась.
Наслаждаясь звуком ее смеха, я упал в снег рядом с ней, поджав ноги. Пару минут мы молчали, затем я наклонился и легонько подтолкнул ее плечом.
— Все-таки, что ты тут забыла?
— Как там Доусон? Удрал от тебя?
То, как она избегала моих вопросов, было так же незаметно, как звук сирены в шесть утра, но я притворился, что не заметил этого. Пока.
— Пока нет, потому что я ходил за ним по пятам, как нянька за младенцем. А может, ему колокольчик на шею повесить?
Она тихо засмеялась.
— Вряд ли он этому обрадуется.
— Да мне уже без разницы. — Капля гнева просочилась в мой тон. — Совершенно очевидно, что попытка вернуть Бет ничем хорошим не кончится.
— Деймон, ты…
— Что?
— Почему не схватили Доусона? Абсолютно очевидно, что, сбежав, он вернется к семье, к тому же за нами явно следят. — Она указала на мой дом. — Почему же его не арестуют? Почему не арестуют всех нас?
Я уставился на однобокого, незаконченного снеговика.
— Не знаю. Хотя кое-какие подозрения у меня есть.
— Какие?
— Ты действительно хочешь узнать?
Кэт кивнула.
— Думаю, Министерству Обороны были известны намерения Уилла. И то, что он собирается освободить моего брата. — Я сделал паузу, собираясь с мыслями. — Ему позволили это сделать.
Она сделала неглубокий вдох, когда взяла горсть снега.
— Я тоже так думаю.
Я посмотрел на нее.
— Но вот вопрос: зачем им это понадобилось?
— Вряд ли за этим кроется что-то хорошее. — Она просеяла снег через пальцы в перчатках. — Разумеется, это ловушка.
— Мы будем готовы, — сказал я, потому что у нас не было другого выбора. — Не волнуйся, Кэт.
— Я не волнуюсь, — ответила она, и мы оба знали, что это неправда. — Так или иначе, нам нужно быть на голову впереди них.