Найти подходящего ведущего для введения и озвучки сегментов оказалось натуральным геморроем, учитывая, что агенты почти всех возможных кандидатов не работали Четвертого и что тот, кого «Канал страданий» наконец наймет, должен был остаться дальше хотя бы на один цикл третьей стадии. Финалистов прослушивали до самых 15:00 – и Скип Этуотер из журнала «Стайл» волюнтаристским решением, которое потом поставят под вопрос по всей редакторской вертикали, посвятил немалую часть времени, внимания и стенографического блокнота этим прослушиваниям, а также продолжительному и какому-то бессвязному интервью с ассистентом партнера «Ройденталь и Восс», ответственного за сегодняшние многообразные разрешения и релизы.
В 1996 году за похищение, пытки и убийство студентки Университета штата Пенсильвания Кэрол Энн Дойч осудили безработного сварщика. В квартире подозреваемого было найдено и приобщено к делу свыше четырех часов высококачественной аудиопленки. Голосовой анализ подтвердил, что крики и мольбы на записях – которые проигрывали для жюри присяжных, хотя и на закрытом судебном заседании, – принадлежат жертве. Местом действия этого ролика стал оперативно переоформленный конференц-зал ИИП. Впервые вдовствующий отец Кэрол Энн Дойч из Глэсспорта, Пенсильвания, прослушает выдержки из этих записей. С ним для поддержки будут присутствовать ассистент пастора из церкви мистера Дойча и консультант по травмам с сертификатом Американской психиатрической ассоциации, чей солнечный ожог, приобретенный всего несколько часов назад, представляет щекотливую проблему для координатора по гриму этого сегмента.
Ведет давний модератор «Народного суда» Даг Льюэллин. После продолжительных и иногда разгоряченных торгов – во время которых в какой-то момент пришлось связаться с самой миссис Энгер во внерабочее время, чтобы попросить напрямую поговорить по телефону с Р. Воном Корлиссом, из-за кого, как позже говорила Эллен Бактриан, ей хотелось просто лечь, свернуться калачиком и умереть, – для короткого интервью со Скипом Этуотером из «Стайла» присутствуют представители как Американского союза защиты свобод, так и Национального легиона приличий.
Съемочная бригада передаст в прямом эфире появление либо канонически развевающейся и восторженной Монро, либо Ники Самофракийской, богини Победы, от пяти до семи дюймов ростом, – в зависимости от инструкций, что поступят в драматическую последнюю минуту, – под десятиметровой платформой из закаленного стекла, на которой водружен прозрачный люцитовый унитаз. С осветительных балок студии прямо над унитазом висит особый монитор, куда транслируется видео съемочной бригады, чтобы предоставить художнику визуальный доступ к собственному творчеству впервые за его карьеру. Он уверен: все, что он увидит, демонстрируется публике.
В действительности физическое появление произведения транслироваться не будет. Совместные аргументы Эллен Бактриан из «Стайла» и глав отдела развития «Ибо Истинно Продакшенс» наконец убедили мистера Корлисса, что это ни в какие ворота. Взамен проведут под запись интервью с женой художника по поводу жестокого обращения с Бритом Мольтке в детстве и ужасного стыда, двойственных чувств и чистейшего человеческого страдания, заложенных в его искусство, которое он не выбирал. Отредактированные части этого интервью пойдут закадром, пока зрители КС будут наблюдать за лицом художника во время акта творения – за всеми до единой гримасой и содроганием, запечатленными особой камерой, спрятанной в корпусе монитора над унитазом.
A consciência é o pesadelo da natureza.
Естественно, злокачественная. Впрочем, тут же вслед за этим отец Кэрол Энн Дойч ставит всех в неудобное положение, оказавшись заинтересованным не записями, а оправданием своего выступления в трансляции. Его цель – донести до публики, через что проходят родные жертвы, очеловечить процесс и привлечь внимание. Он повторяет это несколько раз, но ни в одном месте не делится своими чувствами в общем или в частности по поводу того, через что прошел сейчас, когда слушал записи. В контексте всего того, что услышали мистер Дойч и зрители, его реакция кажется почти неприлично абстрагированной и отстраненной. С другой стороны, очевидная человечность, навык импровизации и способность довести сегмент до конца Дага Льюэллина подтверждают разумность его выбора на роль ведущего.