Второй — гораздо моложе и одет как воин. Сабля на боку. Под кунтушом видна кольчуга. На сидящего за столом глядит с почтением. Даже подобострастно...
Хозяин и слуга.
— И все же я не понимаю, ваша светлость… — говорил как раз тот, что моложе. А я, соответственно, не ошибся. Старик — это князь. Тот самый, что решил меня казнить. Невзирая на былые заслуги. А они, были. Иначе, с чего бы я занял место старшего сотника. Пока, точно не помню, но, скорее всего, фигура в иерархии замка весьма солидная.
— Соглашусь, Малюта… — кивнул князь. — Ты очень многого не понимаешь. В отличие от Максимилиана, чье место всегда хотел занять. Рубака ты отличный… Один из лучших, кого я знал… А знал я за свою жизнь очень многих. Но вот умом тебя создатель обошел. Увы…
— Как скажете, ваше сиятельство. Вам виднее… Но, если я такой никудышний… зачем тогда казнить Макса? Дело сделано… Зачем лишняя кровь? Тем более, что кому как не вам знать, что вины на нем нет.
— Именно поэтому, — вздохнул старик и повторил. — Именно поэтому… Чтобы никому другому даже в голову не пришла мысль, что Максимилиан ни в чем не виноват. А его казнь снимет с меня даже тень подозрения. Ведь всем известно, что я любил его почти как собственного сына. И, если приговорил к смерти, то вина его доказана и неоспорима. Кстати, надеюсь, ты не прекратил поиски моей невесты?
— Конечно нет, ваша светлость… Ищем… днем и ночью. Но, увы… не велите казнить… — легкая усмешка промелькнула по губах Малюты, — тати словно сквозь землю провалились. Следов много. Но все ложные и никуда не ведут.
— Ну, ну… — кивнул князь. — Ищи дальше… По крайней мере до тех пор, пока не встречусь с несостоявшимся тестем. Чтобы я мог поклясться честью, что на поиски его дочери брошены все силы, и не прекращаются ни на час. Мало ли… Вдруг при нем будет амулет распознания правды? Так что каждое мое слово должно быть правдой и только правдой…
Охренеть! От услышанного я даже не понял, когда оказался снаружи и увидел над собой ночное небо, усеянное мириадами звезд.
Глава 6
От неожиданности даже дернулся. Не привык еще к бестелесности. И оказавшись без опоры под ногами, даже запаниковал слегка, непроизвольно хватаясь за единственное, что оказалось под руками — флагшток на шпиле башни. И только когда ладонь, сомкнувшись, прошла сквозь него, вспомнил, что я всего лишь бесплотный душ. Надеюсь, не навсегда… Если не улечу в небо.
Кстати, хоть я и не ухватился за флагшток, но тем ни менее, взлетать перестал и повис рядом, как чудное дополнение к флагу. Только в отличие от него на ветру не полоскался. Прохладный воздух проходил сквозь меня, не нарушая при этом целостности фантома.
Гм… А вполне ничего крепость. С моим фамильным Тахкаром, конечно, не сравнить. Как говорится, и труба пониже, и дым пожиже. Но тоже ничего… И стены достаточно высокие, и башни явно не для красоты строились. Даже как форпост на краю земель Безликих, мог бы быть вполне достойной твердыней. Если вон на тех двух башнях поставить рассекающие призмы, а на надвратными — купол отрицания, то пять-шесть наплывов выдержит… А за это время и имперские войска подтянуться. Безликие, по до сих пор непонятным причинам, никогда не обходят крепость, а упорно штурмуют до тех пор, пока не возьмут… или не полягут под ее стенами. Не зря мы зовем их между собой не Безликими, а безмозглыми.
Стоп! Кто «мы»? Какой еще Тахкар? И какие, к дьяволу, Безликие? Чьи это мысли?
Впрочем, на данный момент, это не самый важный вопрос. Со всем этим разберусь, если останусь жив. А, судя по подслушанному разговору, времени у меня осталось немного. Так что пока все лишние вопросы в сторону, до лучших времен. А пока займемся спасением приобретенного тела. Кому бы оно не принадлежало раньше, и по какой бы причине я в нем не оказался. Останусь жив — распутаю любой клубок.
Разумно? Не спорю… Вот только для этого, как минимум надо в него вернуться. А я пока только полеты вверх по вертикали освоил. И как переключить на обратный ход не знаю.
Пытаясь сообразить, что для этого нужно сделать: топать ногами, махать руками, дуть в противоположную сторону или, хм… громко воздух испортить, я так сосредоточился, что не сразу понял, что в общую ночную тишину вплелся какой-то дополнительный звук.