Томас намеревался уязвить ее побольнее, оскорбить, унизить. Но, глядя на женщину, чья доброта не уменьшилась с годами, он понял, что вряд ли сделает это. Особенно после того, как она отказалась взять деньги у старухи. Томас слишком хорошо помнил, что значит постоянно нуждаться, голодать до судорог в желудке. И от этого бескорыстия, истинного, не показного великодушия у него что-то дрогнуло внутри.
Черт возьми! Он хотел поставить их на колени, уничтожить, завоевать! А вместо этого торчит здесь, флиртуя с женщиной, напомнившей ему о прошлом! Можно подумать, он забыл годы тяжкого непосильного труда, потраченные на то, чтобы вернуться сюда победителем.
Томас, нахмурившись, выпрямился. Он еще ни разу не позволял себе забыться до такой степени, и это выбило его из колеи. Слишком уж он близок к осуществлению своего плана. Хизер Глен будет у его ног. И никто ему не помешает! Даже зеленоглазая красотка, чья улыбка может озарить светом самую темную ночь.
Нет, нет и нет!
Пропуская к стойке старуху-официантку с огромной щелью между передними зубами, Хлоя поинтересовалась:
– А чем ты занимаешься в свободное время? Как развлекаешься?
– Развлекаюсь?! – ошеломленно переспросил Томас, отвлеченный от мрачных мыслей о мести.
– Вот именно, – лукаво усмехнулась Хлоя и тихонько дернула его за галстук, стараясь при этом не дотрагиваться до груди. – Или с тех пор, как надел эту удавку, ты забыл, что такое хорошенько повеселиться?
Томас с некоторым удивлением сообразил, что Хлоя посмеивается над ним и его манерой одеваться и при этом показывает, что вполне понимает его нелюбовь к излишней фамильярности. У Томаса были сотни служащих – пожалуй, даже тысячи, если считать сотрудников филиалов, – и множество знакомых. Разве кто-то из них мог позволить себе такое?
– По-видимому, я права – ты действительно все забыл, – театрально вздохнула Хлоя, нетерпеливо откидывая со лба прядь непокорных волос и сразу становясь похожей на ту противную девчонку, от которой он в день отъезда никак не мог отвязаться.
– Почему же? – спокойно возразил он. – Просто сомневаюсь, что Хизер Глен может предложить что-то, хотя бы отдаленно похожее на развлечения.
– Ну… возможно, это не совсем то, что ты имеешь в виду, – признала Хлоя, – но сегодня городское собрание. Вот это тебя должно интересовать, ведь ты же приехал навсегда.
– Разве я говорил о возвращении навсегда?
Хлоя испытующе прищурилась, словно была не в силах понять, всерьез ли говорит Томас, и, поняв, что тот шутит, одарила его очередной сияющей улыбкой. После каждой такой улыбки он стыдился смотреть ей в глаза.
– Что ж, если ты здесь по делам, – вздохнула она, – лучшего местечка, чем мэрия не сыскать. Встретишься сразу со всеми, кого давно не видел! У нас ни один человек не пропустит собрания, ни за какие деньги!
– Включая твоего отца? – оживился Томас. Ему не терпелось лично сообщить мэру, что вопреки слухам "Сьерра риверз" не будет строить никакого курорта. И что деньги, на которые были приобретены участки вокруг города, потрачены зря. Конечно, Томас из чистого великодушия предложит откупить землю. По куда более низкой цене, естественно.
И все, включая мэра, разумеется, в один день останутся без штанов… Ну а тогда… не исключена вероятность, что он все-таки построит курорт и еще раз получит повод хорошенько посмеяться.
– Да, отец обязательно будет, – озабоченно нахмурилась Хлоя. – Кстати, ты так и не сказал, каким бизнесом ты занимаешься.
– Не сказал, – спокойно ответил Томас. Он был не в состоянии смотреть на встревоженное милое личико, поэтому повернулся и, чувствуя себя последним трусом, зашагал к выходу.
– Когда-нибудь, Томас Магуайр, – бросила Хлоя ему в спину, – ты не станешь сбегать от обычного вопроса!
Томас замер как вкопанный. Уж чересчур она проницательна!
– Всему виной моя дурная наследственность, – сообщил он. – Спроси кого хочешь! Любой подтвердит!
– Нет, – покачала головой Хлоя, – ты сам в это не веришь, иначе не вернулся бы.
Если бы она только знала! Томас медленно обернулся.
– Ладно, считай, я принял вызов. Особенно еще и потому, что вы, мисс Уокер, настоящая всезнайка. Так почему я вернулся?