Выбрать главу

Неизвестный: Поужинаем?

Я улыбнулась, поднося к губам чашку. Бергамотный аромат обволакивал, как дорогие духи.

Тата: Завтрака было мало?

Неизвестный: Тебя было мало.

Сообщения приходили быстро, словно он ждал этого момента весь день. Мы фехтовали фразами, как вчера телами - он нападал, я парировала. Но когда телефон высветил:

Неизвестный:"Хочу исправить вчерашнее",

Мои пальцы сами вывели ответ:

Тата: "Гордей, скажи честно: «Я хочу секса». Со мной не надо ходить вокруг ели и петь песни."

Поставив телефон экраном вниз, я закрыла глаза. Где-то в городе сейчас шел дождь. Где-то смеялись влюбленные. А я сидела одна в своем уютном коконе, с визиткой самоуверенного мужчины в кошельке и странным чувством, что эта игра только начинается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 17.Тата

Женщины любят настойчивых мужчин и терпеть не могу назойливых.Грань тонкая, результат противоположный.


Телефон завибрировал в руке:

Неизвестный: Я начал с ужина, не так пошло звучит.

Я усмехнулась, проводя пальцем по экрану:

Тата: Настроение уловила.

Неизвестный: Куда за тобой приехать?

Черт с тобой, Земцов! - мысленно выругалась я, но пальцы уже выводили:

Тата: Я на набережной, в ресторане.

Его ответ пришел мгновенно:

Неизвестный: Ты в «Сорренто»?

Тата: Да.

Неизвестный: Люблю это место, буду через десять минут.

"Конечно, - мысленно скривилась я, - он же живет в том же комплексе". Мои пальцы сжали чашку так, что костяшки побелели. Не "наш" комплекс. Мы живем в разных домах. В моей квартире кроме ремонтников и родителей никого не было. Глоток чая обжег горло, но я не обратила внимания.

Прошло ровно девять минут, когда телефон зазвонил.

— Говори, — бросила я в трубку.

— Тань, я подъехал. Выходи, жду в машине.

Тань? Меня передернуло. Кто он вообще такой, чтобы...

Я намеренно медлила, расплачиваясь и благодаря персонал. Пусть подождет.

На парковке его BMW 3 черная, как тень. Моя синяя "малышка" стояла в трех машинах дальше. Я подошла и постучала ногтем по стеклу.

Опустившееся окно открыло его профиль — острый подбородок, тень щетины, пальцы, листающие что-то на телефоне.

— Ты чего стучишь, садись, — он повернулся, и эта чертова ухмылка снова сыграла на его губах.

— Я приехала на машине. Кто ее заберет?

— Мой помощник.

— Куда мы поедем? Я могу поехать на своей.— я скрестила руки на груди.

— Поедем в одной машине, не упрямься, Тань.

Терпение лопнуло.

— Дорогой, — голос мой стал опасным, — "Таня" — это твоя одноклассница или любовница. Я — Тата. Или Татьяна Сергеевна, если настолько формально. Уяснил?

Он покрутил телефон в пальцах — единственный признак нервозности.

— Садишься или нет?

В салоне пахло кожей и его парфюмом — древесным, с нотками перца. M-пакет, подсветка, новенький...

— За руль сяду — тогда поедем, — бросила я вызов.

— Уверена? Она резковата, — он приподнял бровь.

— Моя старше, но не хуже.

Он вышел из машины, и солнечный свет упал на его белую рубашку, обрисовывая торс. Черт.

— Едем в «MILO», — сказал он, обходя капот.

— Это в другом конце города! — я замерла. — Почему именно туда?

Он наклонился, его дыхание коснулось уха:

— Потому что там есть балкон с видом на мост. И потому что я хочу, чтобы ты запомнила этот ужин.

Его пальцы обхватили мои, вкладывая ключи.

— Ты ведешь. Если осмелишься.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 18.Тата

Парень не отвечает на мой вопрос, обходит машину, чтобы сесть на пассажирское сиденье.

Я устроилась за рулем, наслаждаясь едва уловимым запахом новой кожи. Машина отзывалась на малейшее касание – настоящий зверь, прирученный немецкими инженерами.

— Ты не ответил на мой вопрос. — пристегиваюсь и настраиваю под себя зеркала, сиденье.

Гордей наблюдает за мной, его тело расслаблено, кажется сам он пристегиваться не торопится.

— Хочу проверить новые вип-зоны. Итальянский мрамор, умное освещение... Мои ребята работали, но глаз хозяина...

— Ага, "глаз хозяина", — фыркнула я, включая поворотник. — Биг босс лично инспектирует каждый шов? Не верю.

Машина плавно тронулась с места. В динамиках зазвучал низкий бас – какой-то джаз, неожиданно утонченный выбор для такого грубияна.