—Опять же, дар убеждения у Земцова на высоте, не зря он бизнесмен.
Барбара обняла меня рукой за талию, мы так давно не виделись, лишь через ее интервью.
Я скучала…
Глава 28.Тата
— Выглядишь потрясающе, Тата. — Барбара берет меня за руки, отстраняясь, чтобы лучше рассмотреть. — Когда мы виделись в последний раз...
Я моргаю, вспоминая ту встречу пять лет назад. После прохождения реабилитации от алкоголя, я была тенью себя прежней — выжженной, опустошенной. Волосы, выкрашенные в белесый блонд (как протест против всего), тусклая кожа, синяки под глазами. Тогда я топала по улицам ночного города, держа в руке бутылку, а в груди — ком боли, который не получалось ни проглотить, ни выплюнуть.
— Спасибо, — выдавливаю из себя. — Ты расцвела еще больше.
Барбара качает головой, ее пальцы теплые и крепкие:
— Испытания... Они приходят, когда их не ждешь. Помнишь, что я говорила тебе тогда?
Как забыть? Именно ее слова — "Ты не виновата" — стали первыми, которые хоть как-то дошли до меня сквозь алкогольный туман.
— Я сделала столько ужасного... —Голос дрожит. — После их смерти я...
Не могу договорить. Вспоминаю разбитые витрины (я искала повод, чтобы меня задержали), пустые квартиры (врывалась в наш дом, который был на продаже), лицо психолога, уставшее от моих истерик.
— Ты не та, кого можно остановить, — Барбара притягивает меня к себе. — Ты — ураган. С тобой нужно было не спорить, а...
— Просто быть рядом? — я горько усмехаюсь. — Те, кто пытался, сгорели. Буквально.
Тишина. Барбара бледнеет, понимая намек.
— Авария... Это не твоя вина.
— Я должна была быть в той машине! — вырывается шепот.
Слезы текут по щекам, оставляя горький привкус. Я вижу их лица в последний день — папа сжатые губы, мамины красные от слез глаза, водителя Федю, который спрятал мне в сумку своего плюшевого зайца ("На всякий случай").
— Они ехали домой. Я ждала их.
Барбара хватает меня за плечи:
— Ты выжила. Значит, должна жить за двоих. За троих.
Где-то рядом шаги — Гордей и Олег возвращаются. Я быстро вытираю лицо, но Барбара не отпускает мою руку.
— Наш разговор не окончен, — ее шепот обжигает. — Ты не одна. Поняла?
Гордей останавливается в шаге, его взгляд скользит по моему лицу. Он все понял.
— Все в порядке? — его голос необычно мягок.
Барбара, как всегда, находит нужные слова:
— Просто вспомнили старые времена.
Но когда Гордей берет мою руку, я не отдергиваюсь. Впервые чье-то прикосновение не обжигает.
P.S. В машине я незаметно вынимаю из сумки плюшевого зайца — потрепанного, с одним глазом. Того самого, "на всякий случай". И впервые за все это время... улыбаюсь.
Глава 29.Тата
Гордей не спрашивает, просто приобнимает меня за талию, действую по энерции прижимаюсь к нему.
Он пытается не выдать удивления, конечно, я могла и фыркнуть на его проявления, не сейчас.
До машины проходим без приключений, да и ехать оказалось всего десять минут. Всю дорогу я пила воду, парень любезно предложил целую бутылку.
Подъехали мы одновременно и в ресторан зашли компанией, что успокаивало меня.
Нас встретили директор ресторана и администратор, чувствую себя звездой не иначе. Всех нас огласили по именам, в этом ресторане я не первый раз. Тут папа праздновал свой юбилей, было весело, музыкально и многолюдно.
Сейчас наша компания проходит к своему столику, здесь нет интимных зон, но этот минус покрывается живой музыкой и вокалом. Танцевать, смаковать вино и кушать мидии, так как это специализированный ресторан по морепродуктам.
После всех комплиментов, светской болтовни мы занимает стол.
Гордей отодвигает стул для меня и садиться рядом, очень тесно сказала бы я.
Пока каждый из нас определяется с заказом,мы обсуждаем Сингапур, море, выставки, архитектуру и много чего ещё.
Общение настолько легкое и интересное, я окончательно расслабляюсь и все больше участвую в диалогах.
— Я так соскучилась по горам, сноуборд моя особая любовь. — Барбара мечтательно говорит о своем увлечении.
— Значит нужно слетать и осуществить твое желание. — Гордей предлагает поездку, как, когда, мы вместе?
— Отличная идея, мы можем поехать через пару недель в Австрию, как вам? — Олег сразу же откликается на предложение Гордея.